- И чёёё? – снова тянет, смесь. – Я не лучший пример для подражания. Тормози – тормози на меня так смотреть, - руки вперед выставляет. – Вот же поборник нравственности. Нравятся и трахаю это разное. Хотя…, - снова тычок от меня получает. – Откуда ты такая взялась? – встает и подходит ко мне со спины, кладет руки на плечи, сжимает. – Когда ты только пришла, я счастью своему не верил. Такая светлая девочка. И постоянно под боком. Мужик твой меньше времени с тобой проводил, чем я. Глоток свежего воздуха, честное слово. Второй раз в жизни у меня такие ощущения были. Мы рано со Светланой в брак вступили. Конец девяностых, время тяжелое, безденежное. На заводах, оставшихся, продукцией расплачивались, на птицефермах – курицами, а у нас что? Естественно, денег не хватало. Скандалили дома постоянно. Со временем я бухать начел. Представляешь, как в кино – пришел на работу, хлопнул стакан спирта медицинского и за работу, - снова усмехается, в этот раз грустно. Держит меня крепко за плечи, не давая развернуться лицом. – Года через два я с девушкой познакомился. Предвосхищу твои переживания – интим в общении не присутствовал, чистое общение. Она меня вытянула. Реально спасла. Я пить перестал, потому что стыдно перед ней было. Она искренне по этому поводу переживала. Света – нет, а она да. Так мало - помалу всё выровнялось, на человека похож стал. Не представляю, как она это терпела, просто ноющее тело порой. Год после этого я метался, хотел к ней уйти, но ответственность перед детьми крепко за яйца держала. Так и не решился, Алён. А сейчас, если ты меня спросишь, то я скажу, что очень жалею. Очень. Редко встречаются люди, о которых можно погреться. Вы с ней обе такие, - наклоняется, целует в макушку, а не дышу. По душам мы с ним не так часто болтаем. - Не всегда мы с первого раза удачно спутников жизни себе выбираем. Да и можно много лет вместе прожить, а только потом понять, что ошибся. Надо давать людям шанс на счастье, конфетка моя. И себе тоже, - щелкает меня по носу и тут же отворачивается, к своему столу направляется.
Я молчу. Переживания в голосе моего веселого Толика трогают за душу. Он ведь чудесный, и как друг, и как педагог. Когда я училась, он редко, но замещал нашего преподавателя, а сейчас студенты лекции его не пропускают, бегут на пары так, что пятки сверкают.
Ближе к обеду получаю сообщение от Леонида:
«Алёнушка, можешь выходить, я подъехал»
Зачем мне надо с ним обедать? Надо отвлечься, кандидатура он для этого очень занятная. Почему бы и нет?
В купе с моей светлой кожей, красные глаза выглядят жутко. Перед тем как подниматься наверх, достаю из своего шкафчика очки солнцезащитные. Самое то. Половину лица закрывают.
Первое, что вижу, выходя на свет божий – Костя, стоящий рядом со своим автомобилем. Курит и смотрит прямо в упор. Сердцебиение учащается тут же, во рту пересыхает мгновенно. Неконтролируемо начинают тупить – губы сухие облизываю.
Фу, Алёна, ты просто фу. Чай не семнадцать.
Вариантов его обойти - нет, припарковался рядом с входом. Излюбленное место всех следаков. Негоже им ножки драгоценные долго топтать.
Подбородок приподнимаю и как могу размеренно иду вперед. Спасибо, что на каблуках. А то б побежала.
- Алён, - кто бы сомневался, окликает и идет мне навстречу. – Привет.
- Добрый день, - был, пока тебя не увидела.
- Я тебе утром писал…
- А я тебе ответила, что не получится, - мягко с улыбкой на губах его перебиваю. – У меня планы другие.
Костя резко голову в сторону поворачивает и я проследив его взгляд обмираю. Перегородив весь подъезд, поперек дороги стоит «Ауди» Тёмы. И он сам тут же, стоит, опершись о капот. В нескольких метрах от нас. Как я могла его не почувствовать? Шум смотрит на меня с такой горечью и разочарованием, что я снова готова расплакаться.
- Другие планы. С вами обоими, - указательным пальцем черчу в воздухе маленький кружочек. – Не связанные.
Оглядываюсь по сторонам. Леонид ловит мои движения и тут же водительская дверь его авто распахивается. Даже отсюда улавливаю огонек в его взгляде. Игра ему нравится, интерес пробуждает.
Ещё бы. Шоу под названием – «Вертихвостка» в самом разгаре. Хоть бери и голову к окнам поднимай, Зое можно ручкой помахать. Она может даже на камеру происходящее снимает.
- С ним планы? – теперь уже Костя меня презрением обдает, кивает слегка в сторону Тайровского.
- Вас не касается, - говорю чуть громче, чтоб оба услышали.
Под очками не видно, но попеременно смотрю то на Костю, то на Артёма. От кого будет контрольный.
Тёма хмурый, но сдержанный. Как мне кажется не слишком трезвый. Помятый. Снова.
- Не делай глупостей. Алён, ты к структурам имеешь прямое отношение. Он, - выделяет голосом. – Пятном на биографии будет.
- А с чего ты взял, что я после общения с НИМ захочу продолжить работать? Ноготочки там всякие, масочки, массажики.
Чушь несу. Никогда не брошу. Но сейчас, в этот самый момент они оба бесят меня несказанно. Два женатых козла будут меня жизни учить? Да сейчас.