— Что будете заказывать? — прозвенели колокольчики в её опупеть каком голосе.
Мамой клянусь первое она поколение. Первое! Не может такого быть у следующих! Если только случайно и по отдельности…, а вот чтобы всё и вот так…, никогда. Если, конечно, не влить немерено бабла. Переключился на наслаждение её голосом так, что не сразу заметил, что упёрся ей взглядом в пупок…, ну, почти. Думаю, вы поняли, что хотел сказать, не при детях будет выдано на-гора. Короче, чувствую, что даже покраснел. Но практики по самоконтролю позволили восстановить правильный цвет лица, совершенно не выдающий своего владельца. Тут, главное, не суетиться и величественно отвернуться от компрометирующего меня вида.
И охренеть от происходящего за столом…. Мама, потенциальной жертвы, пока ещё пикапера неудачника, таращилась на официантку с таким видом, будто обнаружила, что всю жизнь была нищей, а богатство ей просто снилось каждую ночь, а сейчас пыталась что-то сказать, но это у неё совершенно не выходило из-за внезапно обрушившейся немоты. И удавалось только беззвучно открывать и закрывать рот, словно рыба, вытащенная на берег. И чего она убивается, если так, на глазок, она даже превосходит подошедшую в своей весовой, так сказать категории. А может и ошибаюсь, и она просто не может решить включать или не включать ревун предупреждения о воздушном налёте, призывая к столику представителей администрации кафе.
Короче, мотивы её поведения были совершенно не понятны, вряд ли она могла в ней увидеть конкурентку. Чего совершенно не скажешь про дочку. Та даже прекратила свои характерные движения мороженым и со злость тупо откусила верхушку эскимо, подтвердив, что мой тренер в данном случае был полностью прав, и сейчас таращилась на грудь той, кого она уже мысленно расчленила самым жестоким способом, какой знала. И чего она так на официантку нервно реагирует? И так неприкрыто разглядывает чужие достоинства, если ей этого в принципе-то и не нужно. Лично мне, опыт прошлой жизни доказал, в таких раскладах есть свои преимущества, что бы кто не утверждал.
— Нам бы хотелось Экстра-экстази, три порции, — сделал я заказ, как бы вливаясь в небольшой женский коллектив, сидящий со мной за столом и уже оказавшийся, как бы вместе со мной.
У мамы удивлённо взлетели брови и тем выше они поднимались, чем лучше она осознавала, что я тут сейчас брякнул и, естественно, её тяжёлый, требующий мщения взгляд переместился на меня, вдруг враз изменившись, стал блестеть весельем и одобрением, чем напугал меня гораздо сильнее, если бы остался прежним. В таких раскладах никогда не знаешь, что ждать и мстя может оказаться ещё страшнее, когда ты уже раскатал губу на положительные намерения. Тут и кровавый палач, заклеймённый всей прогрессивной общественностью, в лице её дочери, тоже смягчился и решил забросить профессию и перейти к выращиванию цветов. В смысле перевела свой взгляд с официантки на меня и улыбнувшись такой светлой и ангельской улыбкой, что любой бы беспристрастный суд её оправдал бы даже за убийство прямо в зале суда у них на глазах, правда, при наличии известного и дорогущего адвоката.
— Что-то ещё, — опять меня накрыло её голосом, да так, что тоже образовались проблемы с речью.
Пришлось перейти на жестикуляцию и предложить моим, да, моим, они же отнекиваться не стали, дамам, сделать это уже от себя. Они мгновенно переглянулись, сразу же передали терабайты информации по инфрареду, в смысле взглядом между собой, открыли меню и синхронно усмехнувшись добавили в заказ по молочному коктейлю Люкс. Вот уж чего не ожидал, так это то, что его могут подавать в открытом кафе на побережье, когда даже не в каждом ресторане себе могут такое позволить. В сравнении с обычными, он дорог настолько, что мало кто вот так просто решится его заказать, если только не понтуется перед спутницей, что частенько и бывает в ресторанах, но не в кафешках же. Так-то то в его составе всякий изврат, в смысле сложности и дальности доставки, а не вкуса и рецепта. Сами понимаете, вся сеть забита возгласами, типа, за что?! Не понимают люди, что как же человеку много надо, когда у него и так всё есть! А теперь это ещё и мне добавится в счёт.
— Да, и мне тоже, — добавил, пока официантке.
