– Мне бы, конечно, хотелось, чтобы выиграли наши парни. – Салли обошел “эль камино”. – Может, тогда они выбьются в люди, чего-то достигнут.
Реймер хотел было согласиться, но учуял неладное. Даже нос наморщил.
– А все неудачники остаются в городе и идут в копы. – Салли ухмыльнулся, открыл водительскую дверь.
Полицейский схватился за револьвер, и Салли расхохотался.
– Мне рассказали классный анекдот, – сообщил Уэрф, повернувшись на табурете, когда Салли, отчаявшись сегодня поработать, вошел в таверну. Любым стараниям есть предел, и сегодня Салли его достиг. Порой жизнь ставила ему препятствия больше обычного, и если Салли это замечал, то сразу сдавался. – Тебе тоже понравится, он как раз про тебя, – добавил Уэрф.
– Вряд ли меня это рассмешит. – Салли подмигнул Бёрди, дневной барменше, та, взобравшись на табурет, настраивала резкость на канале сериалов. Телевизор показывал нормально, только пока Бёрди стояла возле него.
– Значит, один чувак хочет выехать на шоссе, – начал Уэрф.
– Погоди, – перебил Салли, – я смотрю Бёрди под юбку, а ты меня отвлекаешь.
Бёрди равнодушно крутила ручку настройки.
– Там уже ничего нет, – сказала она. – Ну почему единственный канал, который у нас показывает, как замшелое собачье дерьмо, это канал с моими сериалами?
– Нет, там все-таки что-то есть, – сообщил Салли, наклонившись вперед. – Но толком не видно, что именно.
– Но по ошибке сворачивает на выезд с шоссе, то есть на встречку, – продолжал Уэрф. – Едет, едет, видит знак “Проезд запрещен”.
– Честное слово, если Малыш не раскошелится на кабельное, я уволюсь, – заявила Бёрди, слезая с табурета. – Вы только посмотрите. Непонятно, кто с кем в постели.
– Для меня они все на одно лицо. – Салли, вытянув шею, взглянул на экран телевизора. – И разве это постель?
– Сериалы надо смотреть каждый день, – сказала Бёрди. – Иначе нет смысла.
– Ну, значит, чувак едет себе и едет, – продолжал Уэрф. – Чуть погодя видит другой знак. Большими буквами. “ПРОЕЗД ЗАПРЕЩЕН, ВЫ ЕДЕТЕ НЕ ТУДА”.
– Тебе звонили с полчаса назад, – сказала Бёрди.
– Майлз Андерсон? – предположил Салли.
– Женщина, – ответила Бёрди. – Сказала, завтра утром позвонит тебе домой.
– Чувак едет дальше, – продолжал Уэрф. – Видит огромный знак с большими красными буквами: “ОПАСНО! ПОВОРАЧИВАЙТЕ НАЗАД!”
Салли порылся в кармане в поисках мелочи, которой не оказалось. Протянул Бёрди долларовую купюру.
– Разменяй четвертаками, – попросил он.
Бёрди, прищурясь, внимательно вглядывалась в экран телевизора.
– Ну, в общем, – продолжал Уэрф, – чувак не обращает на знак внимания, едет дальше и перед самым выездом на шоссе – опять же на встречку – видит на обочине маленький знак: “Нихера себе, куда ты заехал”.
Бёрди со стуком выложила перед Салли четыре четвертака.
Уэрф забрал деньги со стойки и поднялся.
– Вообще не знаю, зачем я сюда пришел, – сказал он.
– Пообщаться с друзьями? – подсказал Салли.
– Не иначе. – Уэрф кивнул и направился к выходу. –
– Охренительный анекдот, Уэрф, – крикнул ему в спину Салли. – Я так хохотал, думал, умру.
– Не цените меня, а зря, – бросил через плечо Уэрф. – Вот когда меня не станет, тогда и поймете, как трудно найти одноногого адвоката, у которого всегда хорошее настроение.
– Он, кстати, прав, – серьезно сказала Бёрди, когда за Уэрфом закрылась дверь. – Вряд ли мы найдем ему замену.
Салли нахмурился:
– А с чего нам искать ему замену? Вот же он, просиживает у стойки по восемь часов на дню.
– Я слышала, он болеет, – пояснила Бёрди.
Салли задумался над ее словами.
– Сомневаюсь, – ответил он. – Просто много пьет.
– Моя двоюродная сестра работает в больнице, – зловеще произнесла Бёрди. – Говорит, у него печень вот-вот накроется. Он давно уже писает кровью.
– Уэрф? – удивился Салли и хотел было добавить: да ладно, мы последние лет десять каждый вечер писаем рядом в мужском туалете “Лошади”, но вдруг понял, что это неправда. В последнее время – Салли не помнил, когда именно это началось – Уэрф предпочитал писсуару закрытую кабинку. – А с виду не скажешь, что болен, – промямлил Салли.
Бёрди покачала головой:
– Скажешь. Когда ты в последний раз к нему присматривался?
– Он бы сказал мне, – не сдавался Салли.
– Нет, – возразила Бёрди, – не сказал бы.
И в этом она тоже была права, вдруг осознал Салли. Уэрф ни за что не пожаловался бы.
– Надеюсь, ты ошибаешься.
– Я тоже на это надеюсь, – ответила Бёрди. – Иди звони.
Рут взяла трубку после первого же гудка.
– Привет, – поздоровался Салли. – Это ты звонила в “Лошадь”?
– Я, – ответила Рут. – У меня есть ровно полтора часа, если ты не прочь заняться любовью.
– Мне хочется этого больше всего на свете, – совершенно искренне признался Салли. – Кроме нового пикапа. – Еще искреннее. Новый пикап и уверенность в том, что услышанное об Уэрфе – неправда.
– Он сказал “идите с яйцами”? – спросила Бёрди, когда Салли вернулся.
– Кто? – спросил Салли.
– Уэрф, – ответила Бёрди. – Он сказал:
– Я не обратил внимания, – признался Салли.
– Кто бы сомневался, – заметила Бёрди.
