Родиться в хорошей состоятельной семье — значит быть скованной условностями и правилами. А если ты еще к тому же очаровательная блондинка с большими наивными голубыми глазами — окружающие будут опекать тебя, холить, лелеять словно куколку и нежный оранжерейный цветок, тебя не подготовят к реальной жизни, потому что тебе это просто не понадобится — все могут сделать слуги, а об остальных мелочах позаботится жених, которому ты уже давно отдана. Но что если ты далеко не самый сильный, но все-таки очень талантливый маг и тебя уже очень ждут в столичной академии магии?
— Ну куда ты поедешь, дурашка? — говорила моя мама, утирая слезы. Мама в принципе любит драматизировать.
— Никуда я тебя не отпущу. Дурочка ты моя, — ласково шептал жених, гладя меня по голове, и в очередной раз пытался поцеловать. Я уворачивалась. Уж очень мне не понравилось это дело. Что хорошего? Поцелуи слюнявые, жених постоянно стремится засунуть язык мне в рот, заодно и полапать. Нет, он у меня хороший, завидный — красивый и богатый наследник, сын мэра нашего городка, многие кумушки ядом теперь исходят. Я из семьи не особо богатой. Во всяком случае, по сравнению с семьей жениха. Папа держит небольшую лавку со всякой хозяйственной мелочью.
— Я запрещаю, — сказал свое веское слово папа. — У тебя ветер в голове гуляет. Вечно витаешь где-то в облаках. Двух слов внятно сказать не можешь. В столицу она, видите ли, собралась. Тебя там обманут, разведут, совратят. Домой прибежишь, слезами заливаясь, а жениху опороченная уже и не нужна будешь.
Столица у папы всегда ассоциировалась с развратом и обманом, как-то туда по молодости неудачно съездил.
— Дура! — заявила мне младшая сестренка. — Пока ты в своих академиях будешь, жениха твоего уведут. Думаешь, он тебя ждать будет? Тоже мне, нашлась принцесса. Таких, как он, ловить надо и скорее под венец тащить, пока согласен.
— Дуреха, — злорадно шептались соседи и якобы сочувствующе качали головами, жадно внимания причитаниям моей словоохотливой мамочки.
— Сами они все дураки! — запальчиво произнес мой дед, единственный в семье маг, от которого я, собственно, и унаследовала свой дар, а потом отдал мне последние крохи своих сбережений (на достойные похороны), купил мне билет на поезд и помог втайне от родни, да и всего нашего городка, сесть ночью на этот самый поезд и уехать в столицу. Если бы не дедушка, вряд ли я бы уже решилась, всегда была домашним, послушным ребенком, да и никто бы мне не дал проявить характер, скорее заперли бы до того момента, когда надо будет идти к алтарю.
Ничего, жених подождет, а не станет ждать — значит, не так уж и любит. Такой шанс выпадает редко: мне, вчерашней скромной студентке-отличнице, предложили место преподавателя в самом престижном вузе нашей страны, тогда как в родном городке даже и не собирались ничего подобного предлагать. Я высылала резюме во многие учебные заведения, а ответили согласием только в одном, но каком, еще и сходу предложив отличные условия, правда, не на постоянную работу, а временно подменить старого преподавателя, который лег в больницу. Всего несколько месяцев, наверное, удастся поработать, зато получу бесценный опыт и пойму, нужно ли мне все, к чему я раньше стремилась, или лучше послушать, наконец, родственников, выйти замуж и рожать детишек.
Почти трое суток на поезде. Будучи домашней девочкой, за пределы родного городка выезжала редко и недалеко, да еще и всегда при дуэнье, а после восемнадцати и вовсе с двумя дамами сопровождения, следящими за моей нравственностью и пристойным поведением. Дам этих пристроил ко мне мой очень ревнивый жених. Теперь ощущаю себя настоящей бунтаркой. Путешествие на поезде — целое приключение. Дорога не показалось утомительной совершенно, ибо в моей душе горит энтузиазм.
Правда, поначалу было страшно. Незнакомые попутчики, мужчины по соседству. Хотя я ехала в женском вагоне. Приняли меня хорошо, в купе моей попутчицей оказалась пожила благородная кирин, с которой и нашлось, о чем побеседовать, и ехать совершенно не страшно. Кирин взяла меня под свое крыло, по приезде в столицу еще и предложив на первое время остановиться в ее доме, но я отказалась. В столичной академии мне пообещали предоставить комнату в преподавательском крыле.
По прибытии, стоя на перроне столичного вокзала, растерялась. Столько людей, все куда-то мчатся. Растерялась, но, подхватив свои сумки, двинулась, предположительно, к выходу. Ничего, я справлюсь, я не дурашка, как думают многие в моем городке, или точнее хотят думать. Главное только найти извозчика, и сразу в безопасную академию, оттуда меня уже ни родители не достанут, ни даже жених.
Уже когда почти вышла с вокзала, на меня налетел неприятного вида мужчина, чуть не сбил с ног, даже не извинился и сразу убежал. Так неприятно! Зато извозчиков нашла быстро, повозок возле выхода оказалось просто невиданное множество, а сами извозчики налетели на меня, словно коршуны на добычу, наперебой предлагая свои услуги. Очень и очень дорогие услуги.
Выбрав одного с виду наиболее внушающего доверие мужчину, позволила проводить себя до повозки и усадить на сидение со всеми почестями. Вот только сев, обнаружила, что сумочка моя открыта, и в ней нет самого главного — моего кошелька. Чувствую, как к глазам подступают слезы. Там же были почти все подаренные мне дедушкины сбережения.
