Она все время что-то хочет и ждет от меня, каких-то поступков, бубнов, песен, плясок, но я не такой, я не про это. Она выстроила у себя в голове воздушные замки и наивно полагает, что я сейчас буду прыгать перед ней на задних лапках. Для меня поступок в том, что если я сказал, ты моя, ты мне нужна, значит так оно и есть, я из кожи вон лезу, чтобы ей было хорошо, оберегаю её, мне хочется заботиться и быть нежным, когда она рядом у меня в груди столько чувств, хочется их просто вывалить на неё, я давно дал название им, но никак не скажу вслух, знаю, что у нас это взаимно, какая то обоюдная одержимость, которая начинает разрушать друг друга, мне её постоянно мало, но все чаще, когда она рядом, хочется просто заткнуть и выбить из головы все её бредовые мысли.
У меня скоро важный заезд, чем он ближе, тем чаще приходят смс с угрозами, я не знаю, как поступить, потому что теперь у меня есть слабое место и скорее всего об абрикоске они знают, так как мы не ведем затворнический образ жизни, мысли путаются, какая то жопа со всех сторон, я понимаю, что скоро мне придется сделать выбор.
Паркую тачку около её дома, смотрю на её окна, на кухне горит свет, наверное, ждёт, улыбаюсь, представляя её в моей футболке, это стала её любимая домашняя одежда, потом хожу весь пропахший ею, а если в голову придёт фрагмент после ночи, то ходить становится на много труднее.
Звоню в звонок, слышу её тихие шаги, открывает дверь, бросается ко мне на шею и тянется с поцелуем, отвечаю, проталкиваю язык дальше и начинаю нашу неравную борьбу. Дарина отстраняется первой:
— Привет, почему так долго?
— Дела были.
— Дела почти в двенадцать ночи? Я три раза подогрела ужин. — начинается, делаю вдох выдох.
— А тебя кто то просил? Разогрела бы, когда пришёл один раз. — стараюсь спокойно говорить.
— Ты совсем не ценишь того, что я делаю для тебя, я пытаюсь все для тебя делать, а тебе все равно! — срывается на крик, а из глаз начинают лить слезы.
— А ты не ценишь мою жизнь! Почему ты думаешь, если я с тобой, то кроме тебя у меня не может быть личных дел? Да, время двенадцать, а ты хотя бы спросила, не устал ли я? Хочу ли вообще, чтобы ты делала какие-то вещи, которые в данным промежуток времени не имеют смысла! Чтобы ты знала, я учусь до двух, после этого я еду на работу, на которой до семи у меня взрывается мозг, мне нравится, то чем я занимаюсь, я хочу этим продолжать заниматься, но на это уходит хренову тучу времени и постепенно на это будет уходить ещё больше времени! Потом я заебанный еду в гараж, мне надо к гонке привести в порядок байк, и нет, я не буду от этого отказываться, чтобы посмотреть с тобой ужастик с орешками! Я уделяю тебе время, я каждую свободную минуту с тобой, мне хорошо с тобой, и я не хочу тебя терять, но Дарина, пора взрослеть, твои розовые замки они не про меня, ты мечтала о мальчике, который будет каждый день дарить цветы, говорить комплименты, ласковые слова, сидеть возле твоей ноги, пойми, я не такой! — голос под конец срывается, я не могу эти мысли носить в себе и поэтому вываливаю сразу на неё.
Она стоит спиной ко мне, смотрит в окно и обнимает себя руками:
— Прости… — тихо шепчет- я не хотела допекать тебя своими розовыми замками, я просто хотела знать, что мы такое, как это называется, хотела сделать тебя самым счастливым на свете, чтобы тебе было хорошо со мной, не хотелось к другим, хотелось затмить всех, наверное, моя ревность все портит. Ты прав, я придумала себе красивого мальчика, который поднимал меня с разбитыми коленками и заботливо их отряхивал, хотела, чтобы он стал моим, чтобы говорил много красивых слов, дарил цветы, проявлял внимание, и я была центром его вселенной, наверное, это все не про нас, давай возьмем паузу… — под конец её исповеди я просто охреневаю.
— Чего, блядь? Какую паузу, Дарина? — подхожу к ней, разворачиваю к себе, держу её за плечи, трясу, хочу вытрясти из неё всю дурь.
— Я и так счастливый с тобой! Мне не хочется к другим, я хочу постоянно к тебе! Поэтому заебанный я еду к тебе, живу как бомж, у меня последний месяц нет даже своего места, но мне и на это по хрен, лишь бы с тобой!
— Демьян, я думаю, нам надо вернуться к прежней жизни, ты не должен себя ущемлять, а я себя, правильно ты сказал, у тебя жизнь течёт свои чередом, а я живу тобой. Хочу тоже вернуть себе свою, мне восемнадцать, самое время глупых поступков, а не вот эта вот рутина — я злой, я такой злой, кажется она выворачивает кишки мне на живую, у меня сжимаются и разжимаются кулаки.
— Уходи… Уходи Демьян…
Дарина
Говорю эти ужасные слова, а у самой внутренности скручиваются, я так долго добивалась его, что когда он стал моим, я стала больна им. Я так люблю его, так люблю, но меня каждый день убивает мысль, что он не чувствует ко мне ничего, он не говорит о своих чувствах, планах, для него и так все хорошо, потрахались и разбежались по своим делам.
