Потом, если вкратце, старик задал маме несколько вопросов про семью, про жизнь в целом и всякий прочий бред. Я молча слушала и не влезала в их столь занимательную беседу. Маман не была особо разговорчивой и на все вопросы Анатолия Васильевича то пожимала плечами, то достаточно неоднозначно улыбалась, а ещё иногда искоса бросала в мою сторону не очень добрые взгляды, в которых присутствовала явная нотка укоризны.
Да, в целом, по – сути я имела полное право даже не выходить к так называемому «родственнику». Могла выйти и демонстративно захлопнуть дверь перед самым его носом. Могла бы вежливо, а могла бы и не очень вежливо попросить старика удалиться с глаз моих долой подальше и больше никогда не появляться в моей жизни и, на это я имела полное право. Будь я сволочью, я бы поступила именно так. И, самое главное, что никто бы не смог как-либо осудить меня в данной ситуации, ведь конечно жизнь такая штука и порою, можно понять и принять многое. Но, простите меня – двадцать семь лет жизни, это не год, не три и даже не пять. Двадцать семь лет жизни – это порою целая жизнь.
Другой вопрос, что подобное поведение показало бы уровень моей культуры – здесь не могу не согласиться. А я считала себя человеком достаточно культурным и воспитанным. Поэтому, взглянув на ситуацию с другой стороны, прогнав старика – я была бы однозначно не права. Получается, я бы выгнала пожилого старого старика на улицу – не важно, кто бы он для меня ни был. Но, со стороны человека, брошенного в детстве человека – правда однозначно была бы на моей стороне.
***
Вновь затянувшуюся молчаливую паузу нарушил ни кто иной, как Анатолий Васильевич
–Я чего вообще пришёл…. – не уверенно так, негромко пробормотал старик, перед этим сделав большой глоток воды.
«Вы даже не представляете, насколько всем нам тоже интересно, нахрена же Вы припёрлись….» – мимолётно промелькнуло в моей голове. И я уверена, судя по маминому выражению лица наши мысли – явно были одинаковыми.
-Вы хотели поговорить. Ну, я слушаю Вас. – громко, внятно произнесла я. Просто не выдержала и решила не тянуть кота за хвост. После чего я внимательно уставилась на старика, который всё это время тихо бубнил что-то себе под нос. Делал он это явно так, чтобы никто не понимал, о чём же он там бормочет. По крайней мере, мы с мамой не разобрали ни единого его слова, а переспрашивать – не посчитали нужным. Не знаю почему вышло именно так, вероятнее всего, ни ей ни мне не была особо интересна большая часть того, что в принципе отчасти бубнил Анатолий Васильевич.
–Кристина! Нужно всё простить и общаться! – выгадав более или менее подходящий момент, выдавил из себя старик и замолчал.
Глава 13
(Из воспоминаний….)
Мы с мамой переглянулись и
–А знаете, у меня к Вам есть всего один вопрос. – я резко нарушила образовавшуюся в кухне тишину. Потом, я выдержала не долгую паузу и, внимательно взглянув на нескромно раскинувшегося в мягком кресле седоволосого старика – «Ну, батя мой – там всё понятно. А вот Вы…. Почему Вы не нашли времени, времени за двадцать семь лет жизни, не пришли ни разу? Ведь Вам никто не запрещал, верно?» – протараторила я на одном дыхании и, набрав полную грудь воздуха достаточно громко выдохнула.
Теперь уже мама не влезала в нашу беседу. Молча наблюдала со стороны, изредка поглядывая то на меня, то на Анатолия Васильевича.
Старик, после моих слов заметно замешкался и заёрзал сидя в кресле. На тот момент, я почему-то была уверена, что совершив большую ошибку в жизни, оступившись, люди осознали свою глупость. В какой-то момент мне даже показалось, что Анатолию Васильевичу по-настоящему стало не по себе. Стало по-настоящему стыдно. Тогда, я реально поверила в это.
***
Я, больше не проронила ни слова. Молча облокотилась об стену и просто дожидалась ответа. Периодически нервно покусывала губы. Но, уже совсем скоро
–Да, я знаю. Я виноват. – Анатолий Васильевич слегка склонил голову, а его взгляд опустился в пол.
Судя по – всему возраст всё же давал о себе знать и сочинять прямо на хожу уже было достаточно сложно.
Маман молча продолжала наблюдать за происходящим, не влезая в мой с «дедом» разговор. Но, в принципе по выражению её лица можно было понять многое – оно говорило за себя само.
В определённый момент, мне, как ни странно наскучило наслаждаться вновь осевшей на кухне тишиной.
–Понятно. – сухо выдала я, чем нарушила образовавшееся молчание. – «Это я и хотела услышать от Вас.» – добавила я.
–Видишь ли, Кристина…. Жизнь…. – начал, было, Анатолий Васильевич, но я не позволила ему договорить и перебила старика на полу-фразе
