Так они встретились. Случайно и очень вовремя: Ася осталась на улице. Одна в чужом городе. Без крыши над головой. Хотела идти ночевать на вокзал. На последние деньги было куплено платье, а долг за квартиру перевалил ту черту, за которой кончалось терпение даже самой доброй хозяйки. Ее хозяйка была добра, но чемодан придержала. На прощанье сказала:
— Заплатишь, вещи верну, а пока, уж извини. На новые платья деньги находишь, а я тебя даром в квартире своей держи?
Александра хотела ей объяснить, что платье — совсем не каприз, а надежда, необходимость, расчет на лучшую жизнь…
Но хозяйка слушать ее не стала, хлопнула дверью, оставив Асю на лестнице.
Она вышла на улицу и побрела: холодно, дождь — спасибо, хоть зонтик остался. В артистки ее не приняли, выгнали из квартиры, в кошельке шаром покати, с работы уволилась, а новой работы пока не предвидится…
Бедная Александра, слезы глотая, плелась в беспросветность и безысходность…
А тут он, Игорек, ну просто дар свыше!
— Девушка, милая, пустите бедного мокрого и несчастного под ваш новенький зонтик!
— Да хоть весь его заберите.
— Нет, весь не надо, намокнете.
Она скорбно ему сообщила:
— Мне уже все равно.
— Да-а?
Он внимательно заглянул в ее нахмуренное лицо и спросил с огромным участием:
— А слезы у нас в глазах почему?
Александра, сдерживаясь из последних сил, с горечью отмахнулась:
— Ах, лучше не надо, а то разревусь!
— Даже так…
Он смотрел уже не участливо, он смотрел на Асю влюбленно…
Так Александра узнала, что любовь с первого взгляда не миф и не вымысел.
Да, любовь с первого взгляда — реальность!
И вот чем это закончилось: он ее приручил и предал. И теперь обнаружилось, что благодаря этой его любви она превратилась в беспомощность. Игорь — первый мужчина, который сказал, что Ася невероятно красива. Она всегда знала что внешность ее на любителя, но Игорю сразу поверила. И от этого старалась быть рядом с ним постоянно: только с Игорем ей было тепло. Только с ним она ощущала уверенность в своей женской красе. И расслабилась, почила на лаврах, на других чары пробовать и не пыталась, превратилась в домохозяйку.
А теперь что же выходит? Он нашел точную копию Александры, только значительно образованней, а жена уже побоку? А жена уже не красавица — все лучшее осталось в дождливом том дне…
Вернулась в действительность Ася уже в самолете. Когда взвыли турбины, и лайнер стремительно покатился, решительно набирая скорость, она испугалась. Только что рядом был Игорь — молодой, надежный, красивый танцевал под ее зонтом, и вот уже разведенка она, неудачница и холостячка.
А у Стерляди всего и потерь, что плавок и лифчиков чемодан.
И никак ей нельзя отомстить!
Тоскливо уставившись в иллюминатор, Ася, паникуя, подумала: «Господи, куда я лечу, домохозяйка? Не знаю английского, в Лондоне никогда не была, плохо воспитана, громко смеюсь, набиваю щеки едой и не умею пользоваться китайскими палочками».
Сдерживая слезы, она сунула руку в сумочку в поисках носового платка — пальцы нащупали пачку купюр. Мгновенно вспомнились и кредитки, и в голове появились мысли повеселее.
«Ха, куда я лечу! — злорадно усмехнулась она. — Тратить стерлинги Стерляди! И, между прочим, делать это буду не в джунглях! Как-нибудь не пропаду!»
Однако, как Александра ни хорохорилась, обиды дня погрузили ее в юдоль скорби-печали. Она хоронила счастливые времена. Перед глазами стояли губы Игоря, его щеки, руки (и кое-что поинтимней), а в голове созревал иезуитский вопрос: «Неужели он всем этим своим добром к телу Стерляди прикасается?»
В общем, тягот полета за горькими мыслями об измене Ася совсем не заметила — почти четыре часа пронеслись, словно минута. Из Шереметьево в Хитроу самолет прибыл точно по расписанию. Александра легко миновала таможенный и пограничный контроль и получила свободу: иди куда хочешь.
«Только вот куда мне теперь идти?» — подумала Ася, растерянно замирая.
Остановившись посередине зала, она бестолково завертела головой, соображая в каком направлении выход. Приятный мужской голос прозвучал в ухе, будто гром небесный, и ужасно ее напугал, хоть ничего плохого не сообщил.
— Здравствуйте, Александра Ивановна, — услышала Ася на ломаном русском.
Оглянулась и обмерла: улыбаясь, словно старой подруге, к ней с объятиями спешил одетый с иголочки джентльмен, усатый, седовласый, белозубый, бодрый, свежий, пахучий.
От него так и веяло оптимизмом — чего у Аси в данный момент был большой дефицит.
От незнакомца веяло оптимизмом — чего у Аси в данный момент был большой дефицит.
— С приездом, Александра Ивановна, рад вас видеть, — красивым густым баритоном сообщил джентльмен и… полез целоваться.
Ася позволила тискать себя, но ответить ничем не могла. Она лишь ошеломленно молчала, судорожно соображая как надлежит ей себя вести в этой патовой ситуации. А действо не стояло на месте — перед Александрой возник молодой джентльмен: конопатый и рыжеволосый.
— Майкл Стоун — новый ваш переводчик, — представил его седовласый и отошел, давая Асе возможность обменяться с рыжим приветствиями.
