Дури еще хватает полностью

Рванул оттуда в «Граучо», чтобы прийти в себя. Столкнулся с Тимом Ротом, это ж надо. Видеть его очень приятно, он снимается тут в чем-то. Задержался в клубе, чтобы поболтать с ним и его новой женой. Появились Дон Бойд и Хилари, а с ними Руфус Сьюэлл, и я смог поздравить его с великолепной игрой в «Аркадии». Похоже, хороший малый, причудливо красивый. Поиграл немного в «Перудо» и в 1.30 ушел. Сильно пьяный молодой человек в коротком пальто все подсаживался слишком близко ко мне… в конце концов выяснилось, что он – редактор журнала «Санди таймс» или еще чего-то такого. А тут еще режиссер Роджер Помфри раз за разом пытался выпросить у меня кокс, что мне совсем не нравилось. Сбежав, испытал облегчение. Когда уходил, Грег с «Канала‑4» (фамилию не помню) сказал мне, что, написав в «Спектейторе» о двух геях в нынешнем кабинете министров, а затем повторив это у Клайва Андерсона, я открыл ящик Пандоры. Джон Джунор опубликовал в «Мэйл-он‑Санди» статью, в которой спрашивает, почему мне не хватило духу назвать их по именам? То есть самую-то суть моих доводов он проигнорировал – а состояла она в том, чтобы обвинить их не в преступлении, а в ханжестве, с которым они упорно объясняют нам, как следует жить, исповедуя «глубинные ценности», и возглашают свое «назад к основам». А «Стандард» напечатала статью, в которой указывается, что Рори Бремнер показал скетч, где он изображает Джона Мейджора, произносящего: «Портилло, Лилли[162]… не думайте, что я не знаю, чем вы занимаетесь за моей спиной». Вернувшись домой, написал сэру Джону Джунору письмецо, но отправлять его, скорее всего, не стану. Какой смысл?

День тихих достижений. Хо, черт дери, хо-хо. Начал с озвучки – реклама процессоров Intel. Зашел в «Фортнумс», чтобы купить сестре Джо подарок на день рождения, который послезавтра. Потом завернул в «Берри Браз. – энд-Радд» заказать вино на Рождество. Застал там Саймона Берри, мы приятно поболтали. Заказал нечто великолепное.

Домой вернулся к ленчу. Хью запаздывал: у него показ для прессы сериала «Все или ничего». Он там харизматичен, как всегда, но сценарий нравится мне не очень. Когда-нибудь Хью получит хороший материал и явится нам как Джеймс Бонд или еще кто-то и станет мировой звездой. У него есть все необходимые для звезды качества, коих мне явно недостает. Надеюсь, что, когда придет этот день, никто не подумает, будто я ему завидую. Он появился только в четыре тридцать, мы сочинительствовали в течение часа, потом Хью утек. Найдя, впрочем, время переговорить со мной, как мужчина с мужчиной, об «Анонимных холостяках». Изложил свое мнение так деликатно, как мог. «Стивен, – сказал он, – ты уверен, что хочешь иметь к этому отношение?» И едва эти слова слетели с его губ (господи, как он мудр, этот парень), я понял, что Хью прав. Втайне, в глубине души (я даже тебе не признался в этом, Душечка, дорогой) я чувствовал, что а) сценарий – вздор и решительно ничто спасти его не сможет и б) что Робин Гарди вовсе не тот человек, рядом с которым я могу уютно провести месяцы и месяцы. Хью сказал: ты был слишком скромен и слишком польщен, чтобы понять: он попросил тебя поставить фильм просто потому, что это позволит ему собрать деньги на съемки. Следует сознавать это и браться только за правильные проекты, и уж тем более не из одной благодарности человеку, которому хочется привлечь тебя к этому.

Тяжелый разговор с Ло, однако она чудо – пообещала позвонить ему и вытянуть меня из этой трясины. Перезвонила час спустя и сказала, что ей это удалось, правда, он сильно расстроился и рассердился. Да уж! Скальпелем лучше было орудовать в начале подобных проектов. Ну почему я такая жопа?

Хью сказал: «Хочешь поставить фильм, напиши его сам: пусть он будет таким личным и чудесным, как хочется тебе. Если идея окажется хотя бы наполовину достойной, деньги найдутся. Не забывай – твое имя кое-что значит». И это подвигло меня принять решение: впредь я буду осторожен с Проектами Других. Пора бы уже, Стивен.

Хью ускакал в 5.30, а я провозился до восьми с чем-то, потом поехал на своей машине в Баттерси/Уондзуорт/Клэпэм, где живут Иэн Хислоп и его жена Виктория.