- Я подумаю, - тихо произнес дядя Рене. Не отказал. И не согласился. Это пришлось мне не слишком по душе, но не спорить же было с тем, кто фактически взял на себя обязанности моего родителя?
Кройц и Мари все еще ругались по моему телефону. Наверное, обоим это ужасно нравилось. Ну не станешь же тратить столько времени на что-то неприятное?
- Крис, дядя Рене разрешил мне пойти, - прервала я пса на том увлекательном месте, когда он припоминал, чем занимались пару сотен лет назад предки Мари.
Вообще, это звучало ужасно грубо. И вообще...
Я выхватила телефон, готовясь успокаивать подругу, но напоролась на ее яростное:
- А твои поганые предки двести лет назад крыс жрали, … ! - не осталась в долгу будущая мамбо. Нет, я точно только мешала этим двоим найти личное счастье.
- Тише, Мари, - прервала я ставший уже бесконтрольным поток ругани. - Это уже я. Дядя Рене согласился меня отпустить. Я иду на выступление.
Теперь по ушам резал уже восторженный визг. Тихой быть моя подруга просто не умела.
- А... А что Кройц-то? - немного успокоившись, задала очень правильный вопрос одноклассница.
Пес снова ответил за себя сам.
- А Кройц идет с вами.
- Вот же черт... - расстроенно вздохнула Мари, не хуже меня понимая, чем это грозит. И пусть проблемы получу только я, но подруга очень активно сочувствовала.
С «вот же черт» поспорить было сложно... Но так как изменить все равно бы ничего не получилось, я просто пошла выполнять совет дяди: искать себе подходящий наряд.
- Дюпон, ты собирайся пока, я с отцом побуду! - крикнул мне вслед пес, в кои-то веки не отправляясь следом.
То, что я осталась одна, и радовало, и пугало одновременно. Оказывается, удушающая забота пусть и мучительна, но к ней почему-то до ужаса быстро привыкаешь. И без нее даже становится немного... одиноко?
Я потрясла головой, пытаясь избавиться от идиотских мыслей, которые в ней появились.
Не особо помогло.
В руке пискнул телефон. Сообщение.
Открыв его, увидела, что это очередное послание от Юджина.
«Придешь сегодня нас послушать?»
Так все-таки я ему нравлюсь или нет? У меня имелся не такой уж и большой опыт общения с парнями, чтобы я поняла значение его поступков.
Вроде бы заинтересован. А вроде бы и нет.
Зовет куда-то. Но при этом принимает отказы совершенно равнодушно, и явно не страдает от отсутствия моего общества.
Когда я пыталась понять, что творилось в голове Юджина.... в итоге получала только мигрень. Все-таки парни такие странные...
В шкафу не обнаружилось того, чего требовала душа. Ничего достаточно женственного и привлекательного, чтобы Вамп посмотрел на меня иначе, с интересом. Как на девушку. Откопав что-то более-менее приличное, я принялась вертеться перед зеркалом. Нет. Красивей не стала. Ну ни капли. Хоть плачь.
А ведь пока в моей голове не покопались, я не страдала из-за всего этого. Интересно, а можно все вернуть назад?
Стоящей у зеркала меня и застал Кройц.
- Эй, Дюпон, ты чего? - с тревогой спросил он, разглядывая меня. - Плакать что ли собираешься?
Плакать? С чего он вообще это взял?
- Нет, конечно, - растеряно отозвалась я, поворачиваясь к нему. - Почему ты вдруг подумал, будто я собираюсь плакать?
- Не знаю. Мне так показалось, - развел руками он.
И тут я неожиданно для самой себя спросила:
- Ты считаешь, я красивая?
Пес выпучил глаза и закашлялся.
- С каких пор тебя вдруг это начало интересовать?
Как только понял, что раньше собственная внешность мне была безразлична? Да и как могло быть иначе? Я росла в окружении фотографий моей матери. И поэтому прекрасно знала, как на самом деле невысока цена моего лица...
- И все-таки?
Парень тяжело вздохнул и пожал плечами.
– Нет, Дюпон. Ты мышь. Обычная серая мышь.
Мог бы и подсластить пилюлю...
И через несколько секунд, когда я уже успела как следует прочувствовать собственную ничтожность, Кройц вдруг добавил:
- Разве это важно?
Настала моя очередь закашляться.
- А что тогда важно, чистая душа и богатый внутренний мир?
Пес отошел к окну и какое-то время просто молча смотрел в него.
- Самое важное, Дюпон, это предназначения. Когда встречаешь того, кто был задуман только для тебя. И тогда уже безразлично, кто это, как выглядит, богат или беден... Все теряет смысл.
Я улыбнулась.
- Романтично.
Кройц пожал плечами, так и оставшись стоять ко мне спиной.
- Да ни черта подобного. Что может быть романтичного в том, что ты с рождения приговорен к какому-то человеку?.. Поэтому не страдай ерундой, Дюпон. Все уже давно решено... И не надейся, что я позволю тебе вешаться на этого смазливого креольчика.
Что бы там ни говорили про женскую логику, а мужская все-таки куда более странная...
Поехали мы, как и хотел дядя Рене, на такси. Кройц, конечно, не был особо этим доволен, тем более, что деньги на поездку опять же дал дядя, тем самым отдавив псу мужское самолюбие. Но спорить с Рене Арно у пса духу не хватало. В последний момент я сунула за пояс джинсов подаренный кинжал. Под широким свитером его все равно никто бы не заметил... А с оружием мне почему-то стало немного спокойней. Глупо, конечно.
