Майкл не стал пересказывать нам, что сказала Селин. Не рассказал, объяснила ли она, что сделала и почему и чего рассчитывала этим добиться. К середине утра мы уже летели обратно, прихватив с собой тонны эмоционального багажа.
Бриггс не сказал Стерлинг ни слова насчет того, что она с самого начала понимала: дело не имеет никакого отношения к Мастерам.
Стерлинг не сказала Бриггсу ни слова о том, как он послушно подпрыгнул, стоило только его отцу отдать команду и указать высоту.
Майкл и Лия не признавали, что обменялись немалым количеством обидных слов.
Я не рассказала Дину о том, что в предыдущую ночь видела во сне его отца, свою мать, кровь на стенах и кровь на ее руках – и на моих.
Как только мы поднялись в воздух, Джуд отвел меня в задний конец салона. Сел на одно сиденье и кивнул на соседнее. Я села. Несколько секунд мы не говорили ничего, словно сидели рядом на переднем крыльце дома в Куантико, наслаждаясь утренним кофе и редкими мгновениями тишины.
– Знаешь, почему я согласился взяться за это дело? – наконец сказал Джуд.
Я обдумала этот вопрос.
Он не поддерживал решение Бриггса. Он поддерживал ее.
– Девушка пропала. – Я повторила слова агента Стерлинг, которые та сказала днем раньше. – Девушка, которую Майкл знал.
– Майкл возвращался сюда. – Джуд никогда не сомневался в этом – ни на секунду. – А если один из моих детей падает в эмоциональную кроличью нору вроде этой, он – или она – не останется в одиночестве.
Джуд дал мне осмыслить эти слова, а потом сунул руку в сумку и вытащил папку.
– Что это? – спросила я, когда он протянул ее мне.
– Материалы, которые кто-то очень старательно пытался скрыть, – ответил он. – Пока вы любезничали с мисс Делакруа сегодня утром, один из контактов Ронни откопал вот это.
– Заключенный по имени Роберт Миллс. – Джуд говорил отрывисто, а мои пальцы уже потянулись к краю папки. – Обвинен в убийстве бывшей жены. Убит в тюрьме незадолго до оглашения приговора.
Я открыла папку. Джуд коснулся моего подбородка, и его загрубевшие пальцы мягко заставили меня повернуться к нему.
– Кэсси, девочка, не спускайся в эту кроличью нору одна.
Информация в папке оказалась скудной. Роберт Миллс обвинялся в убийстве бывшей жены. Несмотря на то что ее тело так и не нашли, материальных улик было предостаточно. Его ДНК обнаружили на месте преступления, которое было залито кровью его бывшей жены. Он и раньше применял насилие. Мэлори Миллс жила под другим именем; Роберт незадолго до преступления выяснил ее адрес. Полиция нашла на месте преступления три окровавленных пули, и на каждой обнаружили ДНК Мэлори. Эксперты исследовали пистолет, который нашли в мусорке неподалеку, и установили, что из него выстрелили по меньшей мере шесть раз, так что полиции оставалось только принять версию, что остальные три пули остались в теле жертвы.
Пистолет был зарегистрирован на ее бывшего мужа.
Дин, сидевший рядом, изучал фото с места преступления на экране телефона. Агент Стерлинг, наверное, сейчас прикалывала их распечатки к стене в подвале – еще один кусочек мозаики. Я предпочла обдумывать то, что прочла, пока мы были в самолете, в другом месте.
На кладбище.
Я смотрела на мамино имя, вырезанное на могильном камне: «Лорелея Хоббс». Еще до того как мы похоронили тело, я знала, что останки, которые мы опустим в могилу, ей не принадлежат. Теперь я пыталась осознать тот факт, что они могут принадлежать Мэлори Миллс. Не первый раз я задумывалась о том, что моей маме пришлось отнять чужую жизнь, чтобы сохранить свою. Но теперь я не просто думала о теле, лежавшем на глубине два метра под нами, я думала о живой, дышащей женщине, помнила о ней, когда снова просматривала улики, которые использовались, чтобы обвинить в убийстве ее бывшего мужа.
– Но Мастера выбрали тебя, – сказала я так тихо, что сама едва расслышала эти слова. – Так же, как они выбрали мою мать.
