Дурная кровь полностью

– Третий сценарий. – Агент Стерлинг, которая была необычно молчалива, пока мы с Дином излагали наши соображения, добавила свой голос. – Неизвестный субъект убил родителей Найтшейда, чтобы маленький Мэйсон Кайл стал более подходящим кандидатом, который однажды станет убийцей. – Она встала и принялась расхаживать по комнате. Я никогда не видела ее такой целеустремленной. – Я знаю дело Найтшейда наизусть. Убийца, которого мы искали, был блестящим, нарциссичным, стремящимся побеждать и превосходить конкурентов. И все же во время последнего допроса Найтшейд смирился, что Пифия примет решение убить его. Он не сопротивлялся. Он не пытался сдать других Мастеров, чтобы спастись.

– Он хранил верность обществу, – интерпретировала я.

– Вы думаете, что источник этой верности может быть в его детстве. – Дин поднял взгляд на Стерлинг. – Вы думаете, наш субъект начал готовить Найтшейда, чтобы он присоединился к Мастерам, когда тот был еще только мальчишкой.

Слоан нахмурилась.

– Родителей Найтшейда убили за одну тысячу восемьсот восемьдесят семь дней до того, как Мастер Найтшейда завершил собственную инициацию, – отметила она. – Если исключить аномалии в пространственно-временном континууме, кажется маловероятным, что кто-то мог начать готовить ученика, который займет однажды его место, до того как сам это место получил.

Руки Слоан задрожали – явно признак тревоги. Заставив себя успокоиться, она занялась оставшейся частью таймлайна.

– Через девять лет после того, как были убиты родители Мэйсона Кайла, он покинул Гейтер и больше никогда не возвращался. Значит, он сбежал примерно двадцать четыре года назад. Примерно через двадцать лет после этого Кэсси с мамой переехали в город. – Слоан бросила быстрый взгляд на меня. Я видела, как она пытается рассчитать, с какой вероятностью ее слова причинят мне боль.

Я избавила ее от мучений:

– Через шесть лет после того, как мы с мамой уехали из Гейтера, Найтшейд убил девять человек, заняв свое место среди Мастеров. Меньше чем через два месяца маму похитили.

Мама и Найтшейд жили в этом городе с разницей больше чем в десятилетие. Но кто-то из Мастеров, наверное, приглядывал за ними. У тебя долгая память. Ты замечаешь потенциал. И ты можешь быть очень, очень терпеливым.

– Если предположить, что на семью Кайл напал человек возрастом старше шестнадцати лет, – сказала Слоан, – мы ищем субъекта, которому сейчас не меньше сорока, а возможно, существенно больше.

Я вспомнила стариков, которых мы видели в закусочной, и того, который пригласил нас в музей-аптеку.

– Нам нужно узнать то, что не попало в полицейские отчеты, – сказал Дин. – Слухи. Теории.

– К счастью для вас, – прокомментировала Лия, снова входя в комнату, – слухи – одна из моих специализаций. – Она надела длинную черную юбку и многослойную кофту, которая свободно лежала на плечах. Она подвела глаза толстой темной тушью и надела широкие медные браслеты. – По шкале от одного до десяти, – сказала она, – насколько я похожа на экстрасенса?

– Шесть целых четыре десятых, – без запинки ответила Слоан.

– Экстрасенса? – спросила я. Мне отчетливо показалось, что ее планы мне не понравятся.

– Мы с Лией обсудили разговор с Ри в «Не-Закусочной», – сказал Майкл, выходя из-за спины Лии с таким выражением лица, что мне подумалось, будто они занимались далеко не только разговорами. – И мы оба припомнили, что Ри вроде как упоминала какую-то болтливую вдову, которая увлекается экстрасенсами.

Лия посмотрела на меня, изогнув бровь. Я знала это выражение. Оно не предвещало ничего хорошего.

– Ну уж нет, – сказала я. – Бо́льшую часть своего детства я помогала маме обманывать людей, убеждая их, что она экстрасенс. Не собираюсь тебе с этим помогать.

Слоан посмотрела на меня, посмотрела на Лию, потом снова на меня.

– Существует очень большая вероятность, – прошептала она, – что Лия сейчас уличит тебя во лжи.

«Могло быть и хуже, – говорила я себе, поправляя камеру, приколотую к лацкану, когда Лия наклонилась вперед, чтобы позвонить в дверь городской сплетницы. – Лия могла бы выбрать более деструктивный способ спустить пар».

– Чем я могу вам помочь? – Нам открыла женщина за пятьдесят, с ярко-рыжими волосами, которые не показались бы натуральными, даже если бы она была на двадцать лет моложе. Похоже, ее модные вкусы тяготели к обтягивающему и блестящему.

Ты носишь ярко-розовую помаду даже у себя дома. Дом классический, непримечательный – а вот ты нет.

– Если вы Марсела Уайт, думаю, мы можем вам помочь, – прошептала Лия.

Даже у убедительности прирожденного лжеца были свои пределы. Как бы отвратительно мне это ни было, я дополнила:

– Меня зовут Кэсси Хоббс. Вы знали мою мать, Лорелею. Она помогала вам связаться с близкими по ту сторону.

В глазах Марселы блеснуло узнавание.