Подобные сетования можно было выслушивать до вечера, но я не умею раздавать пустые обещания и, тем более, лицемерить. Но, если откровенно, с самого первого дня я чувствовал, что наше движение окажется в таком положении. Подобные референдумы уже готовили почти все партии, которые за выдуманными обещаниями не видели людей. Они только охотились за голосами и за это теперь носят название традиционных, поскольку надувательство избирателей стало не только традицией, но и правилом политической жизни, просто модой, согласно которой юбки делают то длиннее, то короче. С одной лишь разницей: в этой игре каждая партия старается повыше задрать юбку своей соперницы. Такие состязания называются политическим сексом.
Невинность бесплодна, поэтому она бесполезна для любой живой твари. (Мормонская мудрость)
Порядочность - это от отсутствия прецедента.
(Антанас Будвитис)
Грех нужно отличать от преступления.
(Отец Станисловас)
Назревающий импичмент Р.Паксаса вынудил меня сосредоточиться и взглянуть глазами сатирика на нашу удивительную литовскую демократию, которую мы создавали в “Саюдисе” и которой теперь пользуется моя замечательная группа товарищей. Начну с "Корабля дураков", поскольку эта книга и меня низвергла в ряды прокажённых, но зато подарила тысячи новых друзей. Я благодарен этой книге и за то, что все мои знаменитые друзья предоставили мне весьма продолжительный неоплачиваемый отпуск. Теперь меня не приглашают ни на какие празднества и торжественные заседания. Мой бывший приятель В.Адамкус уже не помнит моей фамилии, хотя в своё время не раз писал: “Для меня большая честь - дружить с таким человеком”... Имя моё он буквально проглотил вместе с таблетками, поэтому может назвать меня Казисом или как-то ещё. Со мной больше не здоровается премьер, который под грузом всяческих бед не раз твердил: "Если бы не ты, не знаю, как пришлось бы выкручиваться"... А теперь, на юбилее одного славного академика, он с барственным величиием одарил рукопожатием стоявших вокруг меня гостей, а меня так и не заметил...
- Почему он с тобой не здоровается? - спросил юбиляр.
- Я из-за таких милостей не переживаю.
- Это мой юбилей! Если он такой хам, то пусть катится на... хутор бабочек ловить! - это было сказано так громко, что “ихнее превосходительство” аж вздрогнуло. Теперь он при встречах кивает головой, но только если на дворе нет ветра.
А чтобы попасть к своему "сынку" Артурасу Паулаускасу, мне теперь нужно записаться заранее и два года ждать свидания. Когда А.Бразаускас гнал его с работы, я спасал его, как только мог, тогда он при всех называл меня отцом. И когда я сорганизовал для него кругленькую сумму на выборы, он опять величал меня: "Он мне, как отец, он проявляет обо мне отеческую заботу". А теперь приходится заниматься рухнувшей оградой. Ведь между оградой и отцом есть некоторая разница: она подождать не может, а тот уже пенсионер, никакой от него пользы.
Это не похвальба, это характеристика тех необычайно “великих” людей - Адамкуса, Бразаускаса, Паулаускаса. Видимо, в "Корабле дураков" и я попал в "десятку", в самое сердце, поскольку злость, пробудившаяся в мозгах этих мужей, свидетельствует о возвращении в какой-то мере к той ещё приемлемой для нас, хотя и хамской человечности. Сии мысли - не вполне зрелые, но и это приятно, т.к. молодым можешь быть только раз, а незрелым - всю жизнь. Похоже, и я, такой-сякой недозрелый, ещё долго буду жить и ошибаться, как младенец, ещё не раз, как считают мои бывшие и не совершающие ошибок товарищи, окажусь в дураках, но после каждой ошибки буду им тоже напоминать: господа любезные, от хороших привычек избавляться гораздо легче, чем от дурных. Опираясь на эту мудрость, я постараюсь подсчитать, какими хворями заразила та ваша святая троица и без того хворую литовскую демократию.
Первая и самая горькая беда, дорогие стариканы, состоит в том, что вы все трое не понимаете простейшего закона психологии, который гласит: никакую проблему невозможно решить, пользуясь тем же способом мышления, вследствие которого она была создана. Это аксиома, как говорил А.Эйнштейн. Даже рядовые люди Литвы заметили эту закономерность: чем меньше вы чем-то занимаетесь, чем меньше суётесь в дела государства, тем меньше вы делаете ошибок, за которые потом приходится отвечать всем. Довольно лгать себе и нам, будто вы на что-то ещё способны. Уходите по-хорошему, т.к. свой образ мыслей вы никогда уже не измените. Не подталкивайте народ к новой революции, т.к. вам идти больше некуда.
Обращаясь к постулатам Мэрфи, хочу каждому из вас напомнить:
- Господин Бразаускас, не забывай, что за каждым твоим крупным успехом кроется преступление.
- Дорогой Паулаускас, вывеси перед Сеймом огромный плакат с надписью "Нет ничего страшнее глупого закона", хотя сам их печёшь, как блины.
