Душа бизнеса. Современная этика предпринимательства полностью

Чтобы выбрать нужное направление, необходимо руководствоваться главным аспектом культуры постмодернизма – радостью. Если вам что-то не приносит радости, не беритесь за это дело. Я считаю, что это очень важный момент. Умение получать удовольствие от работы – такое же необходимое качество, как справедливость и способность к состраданию (но не к бессильной жалости). Это три критерия, которые помогут вам оценить правильность своего выбора.

Наше общество изменится к лучшему, если мы перестанем отрицать чудеса и отказываться от радостей. Я считаю, что, когда человек перестает интересоваться и удивляться, все вокруг меркнет. Когда мы перестаем учиться, мы уже мертвы. Без любопытства нет мудрости. За свою жизнь я встречал многих людей, которые перестали быть любознательными. Они просто застряли на одном месте. Я встречал даже монахов, у которых могущество Господа не вызывало удивленного восхищения. Это пугает. Я встречал профессоров в университетах, которые не интересуются новыми идеями. Без любопытства нет мудрости. Фома Аквинский говорил: «Глупость – противоположность мудрости – происходит от скупости чувств». И в нашем мире слишком много этой скупости. Мы пытаемся скрыть нашу скуку. Мы называем ее образованием, называем благочестием, называем политикой. Почему только тридцать процентов избирателей приходят и голосуют на выборах? Все потому, что в современную эпоху людям больше ничего не интересно. Нам говорят, что все можно объяснить с помощью логики, что мы сами, в конечном итоге, всего лишь механизмы. Мы исключили все интересное из нашей жизни.

Майкл: Но нас окружают миллионы вещей, которые нас отвлекают. И трудно оставаться сфокусированными. Даже если вы следуете своей идее, вас все равно что-то отвлекает.

Это так. Всем нам действительно необходим мистический опыт, например длительное молчание или отдых от звуковых и визуальных образов. Ведь медитация имеет огромное влияние на человеческую жизнь. Не знаю, сможет ли наша цивилизация продолжать свое существование, если искусство медитации в ней практически утеряно.

Как я пишу в своей книге, профессионалы, то есть монахи, должны поделиться навыками медитации и учить этому искусству подростков. Потому что это единственный способ хоть ненадолго избавиться от раздражающих образов и звуков и проникнуть в самую суть жизни. И если вы сможете сохранить это состояние на протяжении целого дня, то не исключено, что вы сможете отразить отвлекающие факторы, не пропуская их глубоко в сознание. Это достижимо.

Майкл: В конце своей книги вы написали: «Работа – это таинство». Что вы имеете в виду?

Если говорить о работе как таковой, то это великая работа формирования Вселенной, которая идет вечно. Вселенная – это таинство, это священное пространство, которое дарит нам благодать. Если наша работа входит в рамки великой работы, то она входит и в рамки распространения благодати. Тогда это благодатная, хорошая, прекрасная работа. В противном случае она не будет полезна для нашей души. Она не будет благодатной. Разумеется, когда я писал о теологии таинства, я применял понятие благодати не только по отношению к работе. Все свято. Если мы делаем доброе дело, мы распространяем благодать друг на друга и на все вокруг.

Майкл: Интересно проанализировать слово «целостность». И «цель» – как часть целостности. Получается, что работа, у которой есть определенная цель, – это настоящая работа, которая связана с Вселенной как с единым целым. Также мне понравилось, как вы рассматривали этимологию слова «служба». Однокоренным к нему будет слово «слуга», то есть человек, работающий не по своей воле и не для своего блага. Он всего лишь маленькая деталь, которая выполняет трудную, но не масштабную работу.

Конечно, служба очень далека по своей сути от целостной работы, связанной с великой работой. И мне очень нравится заниматься этимологией слов.