И тут над моей головой затрещала рваная дыра в пространстве, из которой я сюда и попала. Я вспомнила слова Сеира, что если останусь здесь в виде духа надолго, то мое тело в моем мире просто уснет, а затем и умрет. Умирать я вот совсем не желала, потому метнулась к разлому, но не успела самую малость — он схлопнулся, обдав меня яркими брызгами.
— Нет-нет-нет! — заметалась я.
— Теперь ты никуда не денешься от меня — злые интонации проскользнули в голосе этого злобного красавчика. Даже жаль его стало — такой красивый снаружи и такая кака внутри.
Продолжать с ним вести беседы меня больше не прельщало, нужно как-то выбираться отсюда. В идеале бы в рощу попасть к Сеиру — он подскажет и поможет. Я заметила, что моя душа привязана к этому злыдню тонкой золотой нитью. Не долго думая, я рванула ее со всей своей бесплотной силой, и та раскрошилась на мелкие осколки. Парень взвыл, словно я причинила ему жуткую боль, но меня уже стало уносить дальше от этого места, словно бы я растворялась в воздухе этого мира.
— Я хочу к Сеиру, в рощу! — последняя связная мысль мелькнула в моей голове, а дальше наступила полная темнота.
Не знаю, сколько я пробыла в ней, но обнаружила себя лежащей на мягкой травяной подстилке, а вокруг меня сидели и скакали маленькие милые зверьки — триксы. Ура! У меня получилось! Я попала в рощу!
Мгновенно подскочив, хотя не знаю, как это было в эфемерном теле, я понеслась в избушку Сеира. Он сидел на крыльце и плел что-то из плотных травяных стеблей.
— Ты жива! — крикнул он, завидев меня — слава богам милостивым! Я уж думал ты растратила всю энергию души!
— Ну меня так просто не прибьешь! — рассмеялась я — но у меня тут возникла проблема. Кажется, я застряла в вашем мире надолго.
— Хм, ты же знаешь, что произойдет, если ты не сможешь вернуться? — хмуро спросил он.
— Знаю. Потому и смогла сбежать к тебе — посоветуй, как быть?
И я рассказала хранителю про странное видение, потом про болезнь и ужасный ритуал, с которого мне удалось сбежать.
— Все-таки он! Надо было бросить его умирать! Эти скоты не достойны ни спасения, ни жизни! — выругался Сеир.
— Ты о ком?
— Ты спасла тогда на поляне не просто зверушку, а даркана. Да еще и одного из высших. Теперь он не отстанет от тебя, пока не получит в свое пользование. И поверь — уж лучше смерть, чем попасть к такому, как он, в руки. Эти твари не знают, что такое благодарность за спасение — он будет истязать тебя, пока не сойдешь с ума — это придает им силы и вызывает подобие эмоций.
Я испуганно посмотрела на хранителя.
— Судя по твоему рассказу, он уже привязал твою душу к этому миру. Уйти у тебя не получится. Остается один вариант — найти тело и жить дальше. С чистого листа.
— Но как же так..? — растерялась я.
— Не бойся — ты помогла роще, а я помогу тебе. Твое присутствие здесь остановило увядание — уже два месяца как роща не уменьшилась ни на сантиметр. Благодаря тебе мы еще можем жить и у мира есть надежда на исцеление. Я найду тебе тело девушки, юной и сильной, красивой и из хорошей семьи, и подальше от дарканов.
Если бы я могла плакать сейчас в виде духа, то затопила бы эту рощу по самые маковки. Черт! Ну что за невезуха! Не хочу я начинать все с начала! Я жить хочу у себя дома!
— Дня три у тебя есть — задумался Сеир — не волнуйся, все образуется.
Он успокаивал и утешал меня, словно родное дитя. И все оставшиеся дни я так и провела у него в избушке или возле нее — благо ни сон в таком состоянии, ни еда мне не были нужны. Да и белки с триксами все время жались ко мне, словно жалели меня.
На исходе третьего дня Сеир переместил нас порталом в какой-то дом. Он выглядел ухоженным и обеспеченным, но внутри стояла какая-то тоска и безнадежность — шторы плотно закрыты, не пропуская солнечный свет, воздух был спертым и пропах какими-то зельями. Наверху в просторной спальне лежала молодая, лет восемнадцати, девушка, с такими же русыми, как у меня волосами, примерно одного со мной роста и комплекции. Только глаза у нее были каре-зеленые, курносый носик и губы чуть полнее моих.
— Это младшая дочь маркиза Ардора — Эбигейл Валенсия — тихо проговорил Сеир — она уже неделю в таком состоянии — на девочку наложили проклятье, которое поглотило ее душу почти целиком. Маркиз готов заплатить любые деньги, чтобы его малышка вновь была жива и здорова. Это твой шанс. Тело сопротивляться не станет — от хозяйки уже ничего не осталось — лишь маленький кусочек воспоминаний.
— А ее проклятие не перекинется на меня?
— Нет. Оно привязано не к телу, а к душе. Кто-то хотел вывести маркиза из игры — он очень богатый и успешный торговец. Конкуренты не поскупились. Такое проклятие очень дорого стоит.
— А я останусь собой? — вдруг испуганно спросила я.
— Скорее всего вы сольетесь с Эби в одного человека — часть ее воспоминаний навсегда останутся в тебе, а твои — в ее. Вы будете единым неделимым целым. Но это лучше, чем смерть обеих и полное забвение в мраке.
— Хорошо — кивнула я, хоть и боялась жутко.
Сеир достал красивый мерцающий кулон
