Выглянул в смотровую щель. И поморщился. Дверь выходила во внутренний двор какого-то каменного укрепления, и по ней постоянно ходили люди. Не так чтобы густой толпой. Но хватало.
«Вот уж точно мне сейчас туда не нужно. Если это тюрьма в каком-нибудь Средневековье, а тут именно оно, судя по одеждам этих ухарей, то выйду я аккуратно во внутренний двор. А там все свои… все друг друга в лицо знают. Проклятье! Что же делать?» — пронеслось у него в голове…
— Что тут у вас? — раздался тихий голос Дунбальда.
— Слышали какие-то шорохи и движения. Кто-то открывал смотровую щель двери чёрного хода. Но никто так и не вышел. Хотя мы все были укрыты в траве и кустах. Не мог он нас заметить.
— Странно…
В этот момент со стороны замка донёсся звон колокола.
— Что там?
— Дым, мой господин, — донёсся откуда-то с дерева голос. — Вроде как пожар.
— Вот гадёныш! — сквозь зубы процедил Дунбальд и усмехнулся. — Пятеро остаются здесь, остальные за мной.
Дмитрий вывалил во двор, когда у двери уже дышать стало нечем. Совсем. Причём предварительно вымазался честно изготовленной сажей из остатков тряпья тюремщиков.
Его пошатывающуюся и демонстративно хватающую воздух фигуру сразу подхватили под руки какие-то добрые люди и оттащили к противоположной стене, где и бросили приходить в себя.
«Медицинскую помощь в этих краях, видимо не оказывают. По крайней мере, людям в такой одежде, как у меня», — усмехнулся про себя Дмитрий.
Вскоре к нему притащили ещё человек пять, надышавшихся дыма, а потому находившихся в бессознательном состоянии. Он минут десять посидел возле стенки, наблюдая через приоткрытые веки за тем, что творится вокруг. И лихорадочно пытаясь придумать — куда же свалить с глаз долой. Пока наконец не нашёл подходящее место. И, встав, демонстративно вялой походкой отправился в сторону приоткрытой двери сарая. Кто-то попытался его остановить, схватив за руку и что-то спросив, но Дмитрий лишь сокрушённо покачал головой и махнул рукой. Людям, как он и предположил, оказалось плевать его на «трагедию», поэтому, не дожидаясь задушевных стенаний, этот непонятный хвататель за руку просто свалил. И без того дел навалом во время пожара…
— Что скажешь? — спросил Дунбальд начальников караула и гарнизона. — Как он мог мимо ваших ребят проскользнуть?
— Господин, мимо моих проходили только те, кого мы хорошо знаем, — неуверенно промямлил начальник караула.
— И куда же он тогда делся? Взмахнул крыльями и улетел?
— Мой господин, — ответил начальник гарнизона. — Несколько человек помнят о том, как оттаскивали от двери какого-то тюремщика, заявляя при этом, что он был весь в саже, словно трубочист. Они его оставили у конюшни, куда потом сносили других надышавшихся дымом. Однако, когда пожар потушили, этого парня у стены уже не было. А в камере, где содержался странный пленник, мы нашли трупы обоих тюремщиков. Настоящих. Один оказался задушен, а у второго был перерублен хребет.
— Очень интересно, — задумчиво сказал владелец замка. — Значит, наш беглец спрятался.
— Вполне возможно, — кивнул вместо начальника гарнизона сероглазый мужчина. — Там, на тропинке, когда он нападал, то действовал вполне расчётливо. И он, вполне вероятно, нейтрализовал бы нас, если бы мы были простыми людьми. Полагаю, что парень достаточно умён, чтобы не действовать в лоб против превосходящих сил.
— Значит, надо обыскивать весь замок, — оживился начальник гарнизона.
— Может, подождём до ночи?
— Зачем? — спросил Дунбальд.
— Поставим в лесу возле замка засаду. Охране на воротах разрешим вздремнуть. Для вида. Калитку запирать не будем. И он сам выберется из убежища, попытавшись сбежать.
— Ты уверен в том, что он из замка побежит по дороге, а не попытается улизнуть другим путём?
— Мы поставим засаду совсем рядом с воротами, так, чтобы они хорошо просматривались.
— Чем тебя смущает обыск?
— Жертвами, — пожал плечами сероглазый. — Если мы начнём его выкуривать, то совершенно точно потеряем ещё людей. Они, конечно, особой ценности не представляют, — он пренебрежительно скосился на начальников гарнизона и караула, — но это всё равно нежелательно. В конце концов, если он уйдёт от засады, то с утра мы встанем ему на след и к обеду нагоним конным разъездом. А может, и раньше. В любом случае, как вы и предлагали, — поиграем. Заодно присмотримся к нему. Совершенно непонятный тип, но крайне интересный. Возможно, его можно было бы использовать. В перспективе.
— Хорошо, — кивнул Дунбальд.
