Дариан весело посмотрел на нее:
– Если ты все это выпьешь, то обязательно побежишь петь в караоке, и тогда всем будет несладко.
Это был удар ниже пояса. Лена даже не подозревала, что Дариан знает про тот случай.
Она окинула его ненавидящим взглядом, залпом выпила остатки и с громким стуком поставила пустой стакан на стол.
Дариан преградил ей путь:
– Куда ты?
– Хочу повеселиться, ведь это единственное, что меня интересует. Что, забыл? А ты пока поищи другую ясновидящую. Лучше всего такую, которую сможешь терпеть рядом с собой.
Дариан мрачно посмотрел на Лену и отступил в сторону.
По дороге на танцпол Лена ощутила, что алкоголь ударил в голову и в ноги. Пол будто стал мягче. В ногах возникла какая-то легкость. Лена смешалась с толпой и отдалась музыке.
Дариан занял место у барной стойки и не спускал с нее глаз. Он выглядел подавленным, в одиночестве потягивая воду из бутылки. Больше часа он не двигался с места. Но каждый раз, когда, по его мнению, кто-то подходил к Лене слишком близко, видно было, что он готов броситься на танцпол. Просьба Винсента не разнести его заведение явно оказалась не лишней.
Приятное тепло в голове Лены не уходило. Она невольно то и дело посматривала в сторону бара. Интересно, надолго ли еще у Дариана хватит терпения? Она решила продолжить веселье. Без малейшего усилия Лена создала бабочку и смотрела, как та взлетает к потолку. Она светилась намного ярче всех остальных спиритов.
Дариан недовольно покачал головой. Легким движением руки Лена добилась, чтобы бабочка закружилась по залу и столкнулась с другими спиритами. Лена давно уже не получала такого удовольствия. Авинданы явно умеют развлекаться. Сверху посыпались голубые искры. Точно такие, как в видении, когда Лена коснулась руки Винсента. Десятки рук потянулись навстречу падающим искрам. Лена тоже подняла ладонь. На запястье сверкнул серебряный браслет. Когда искры попада́ли на кожу, чувствовалось покалывание, как от слабых ударов тока. Она опустила руку и посмотрела на подвеску в виде бабочки. Она часто думала об этой подвеске и пыталась разгадать, что она означает.
«Неужели я бессознательно придала спириту форму бабочки? Из-за Лукаса?»
Лена перестала танцевать. Держа подвеску между пальцами, она посмотрела на Дариана. Девушка, которую они заметили раньше, подошла к нему.
«Ну да, похоже, они все-таки знакомы».
Она что-то прошептала ему на ухо. Он помотал головой, но улыбнулся. Она хорошенькая и веселая! Если она случайно окажется еще и ясновидящей, Лене придется добираться в отель пешком.
Что произошло дальше, Лена не видела, потому что танцпол заполнился искусственным туманом. Она больше никого не могла разглядеть и почувствовала себя одинокой и покинутой. Внезапно музыка смолкла. Перед глазами все затянулось белой дымкой, которая постепенно становилась все плотнее и темнее, пока не стала совершенно черной и твердой, как гранит.
Лена снова оказалась в маленькой комнате со стенами из камня и стекла. Раньше она этого не заметила, а теперь увидела, что к стене крепилась койка.
«Это тюремная камера», – со страхом осознала она.
Лена подбежала к стеклянной стене, потому что та больше всего напоминала выход, и принялась колотить по стеклу руками. Раздалось громкое жужжание, и стеклянная панель стала прозрачной. С другой стороны стоял какой-то парень. Его каштановые волосы были собраны на затылке в хвост, на лице – трехдневная щетина. Под глазами виднелись темные круги, будто он не спал уже несколько суток. Лене показалось, что ему около тридцати. Однако она не была уверена: возможно, дело в щетине. У него были острые скулы и высокомерное выражение лица. Черная одежда напоминала боевое снаряжение. На груди и плечах были видны жесткие вставки.
– Скоро ты пожалеешь, что тоже не умерла, – произнес он с ненавистью.
Снова раздалось жужжание, и стекло стало мутным.
Лена ударила по стеклу несколько раз, но ничего не произошло. По ту сторону все оставалось темным и безмолвным.
«Он не вернется. Никто больше не придет!» – эта мысль давила тяжелым грузом. Лена села на койку, поджала ноги и спрятала лицо в ладонях. Лившиеся по щекам слезы показывали всю глубину ее отчаяния и жгли кожу, как кислота.
«Никто не придет! Я совсем одна!»
Кто-то тронул Лену за плечо, и музыка загремела снова. Она удивленно подняла глаза. Это был Дариан. Он пробрался к ней сквозь туман.
– Эта чертова дым-машина! Еле нашел тебя… О! – Он заметил ее слезы и смутился. – Прости, что я говорил о тебе гадости. Я действительно вел себя с тобой как последний… – Он осекся, заметив у нее на лице ужас, и понял, что дело не в нем. – Что случилось?
Дариан окинул взглядом толпу, но не увидел никого подозрительного.
Лена не могла ни смотреть на него, ни рассказывать ему что-то. Если бы она произнесла вслух все, что видела, видение показалось бы ей по-настоящему реальным.
«Скоро ты пожалеешь, что тоже не умерла», – слышался ей голос легионера. «Тоже? Значит, кто-то умрет. Но кто?» – с тревогой спрашивал внутренний голос.
Когда Лена попыталась отвернуться от Дариана, он схватил ее за плечи и заставил посмотреть на него.
