Туалет был большой, как и все остальные помещения в отеле. С одной стороны было пять кабинок, с другой – три умывальника. Лена прополоскала рот и смыла с лица следы слез. От холодной воды ей стало лучше. Она разочарованно посмотрела на маленькое окошко напротив двери. Видна была ручка – окно можно было приоткрыть, но полностью оно не распахивалось и, главное, находилось слишком высоко. С окном все ясно. Даже если Лене удастся его разбить, она не сможет забраться наверх без посторонней помощи. И, скорее всего, Лукас все равно поджидает снаружи. Вентиляции, к ее сожалению, тоже не было.
Наручники держались на совесть – даже с мылом Лена не смогла их снять. Ее и без того покрасневшие запястья только сильнее заболели, когда она попыталась протиснуть их сквозь браслеты. Она подставила руки под воду, но они продолжали гореть. Потом Лена осмотрела две колотые раны. Рукав уже пропитался кровью. Раны были глубокими, и кровотечение еще не прекратилось. Каковы шансы, что Дариан даст ей аптечку? От малых до ничтожных. Если бы он хотел ей помочь, то уже сделал бы это, он сам был ходячей аптечкой.
Отражение Лены в зеркале выглядело точно так же, как в ее видении на поляне до того, как черная фигура утащила ее в темноту. Измученная, она оперлась обеими руками о раковину и смотрела, как стекает вода. И тут ее осенило. Вот же оно – ее оружие. Вода. Прямо перед ней, а она этого не замечала. Лена бросилась к двум другим кранам, открыла их и опустила сливную пробку. Потом вырвала из держателя несколько бумажных полотенец и заткнула маленькие отверстия переливов. Интересно, сколько придется ждать, пока наберется достаточно воды? Адреналин помог забыть об усталости и боли. На этот раз у Лены все получится, она уверена. Теперь все не так, как на тренировках. Теперь все по-настоящему. Ее страх и ненависть к Дариану реальны.
В тот момент, когда наполнилась вторая раковина, он открыл дверь.
– Что ты так долго… – Он увидел, что краны открыты, и на лице у него отразился ужас. – Лена, не делай этого! – закричал он и бросился вперед.
Но Лена уже создала пластины льда размером с ладонь, тонкие и острые, как лезвия бритвы, и одним движением руки швырнула их в Дариана. Он легко увернулся от первых двух, третья рассекла ему щеку, а четвертая поцарапала шею. Она перерезала бы ему сонную артерию, если бы он в последнюю секунду не отвернулся.
Он метнул молнию, которую Лена отразила защитным барьером. Молния ударила в раковину и оторвала ее от стены. С жутким грохотом раковина упала на плитку, и вода выплеснулась на пол. Из разорванной трубы тоже хлынула вода. Лена швырнула в Дариана еще несколько пластин льда, которые он разбил молниями. Он уже почти добрался до Лены.
Она инстинктивно поняла, что делать, и подняла обе руки ладонями вверх. Струи воды обвились вокруг ног Дариана. Он упал, но успел схватить Лену и потащил ее за собой. Она рухнула на пол и ударилась правым локтем, но власть над водой не потеряла. Та продолжала завиваться вокруг тела Дариана. Лена пыталась сделать так, чтобы вода окружила его целиком, лишив его воздуха.
Дариан схватил ее за лодыжку, и внезапно вся комната наполнилась разрядами молний. Лена вскрикнула, и вода поднялась с пола. Их с Дарианом тоже потянуло наверх.
Лена больше не знала, где верх и где низ, но все еще чувствовала руку Дариана на лодыжке. Она сильнее сжала воду вокруг него, и молнии усилились. Мир вокруг превратился в мешанину воды и молний. Тело Лены снова словно закипело изнутри. Сильная боль отняла у нее необходимые для концентрации силы. Она уже не могла сдерживать Дариана. Когда она отпустила воду, та хлынула вниз, и молнии исчезли.
Лена лежала на мокром полу, хватая ртом воздух. Она услышала, как рядом с ней застонал Дариан. У нее еще оставалось время для последней атаки. Без колебаний она создала ледяной клинок и поднялась. Дариан лежал на спине, веки его были закрыты, на лице была страдальческая гримаса, мокрые волосы прилипли ко лбу.
Лена опустилась на колени рядом с ним и приставила лезвие к его груди. Ей оставалось лишь нанести удар, но… она не смогла. Она пыталась думать о друзьях, которые погибли из-за него, о Лукасе, который, возможно, никогда больше не станет собой. Она подняла руку для удара и стала опускать ледяное лезвие. Но словно сама по себе ее рука остановилась в нескольких сантиметрах от его груди. Его грудная клетка поднималась и опускалась, и с каждым его вдохом ее рука дрожала все сильнее. «Я не могу его убить!» Она опустила ледяной клинок.
Внезапно Дариан схватил Лену одной рукой за запястье, а другой резко отвел ее руку в сторону. И начал бить ее кистью по мокрой плитке, пока Лена не выронила лезвие. Лед сразу растаял и смешался с оставшейся водой. Лена сопротивлялась, но Дариан прижал ее к полу.
– ПЕРЕСТАНЬ! – заорал он. – Прекрати наконец! Хватит! – Лицо у него исказилось от гнева. – Ты хочешь, чтобы я сделал тебе больно? Ты этого хочешь?
Лена его не боялась.
– Финну ты сказал то же самое перед тем, как убить его? – яростно закричала она в ответ.
Лицо Дариана помрачнело.
