Лукас мгновение поколебался, очевидно, размышляя, каковы шансы уговорить Лену выйти на улицу, но в конце концов вошел. С него тут же накапала целая лужа. Радуясь потоку свежего воздуха, Лена оставила дверь приоткрытой и выжидающе посмотрела на Лукаса.
– Почему ты меня избегаешь? – прошептал он.
– Я… – Лена запнулась. – Я тебя не избегаю, – выговорила она со второй попытки, от души надеясь, что Лукас не заметит столь очевидной фальши в ее голосе.
– Ты из-за чего-то злишься на меня? – спросил он, как ей показалось, чересчур громко.
Лена покосилась на брата, но тот по-прежнему спал.
– Пожалуйста, тише! – попросила она. – С чего мне на тебя злиться?
– Ты мне скажи! Это ты меня избегаешь.
– Вовсе нет. – Ее сердце будто сжала невидимая рука. – Это… – И она снова замолкла, потому что сама не знала, что сказать.
– Мы со Стефани расстались – из-за тебя, – снова шепнул он, и бабочки в груди у Лены разом проснулись.
Лукас не помнил, но этот разговор у них уже состоялся, и Лена знала, чем он закончился. Нельзя допустить, чтобы все повторилось, Лукас не должен продолжать.
– Лукас, пожалуйста, перестань! – взмолилась она.
Глаза у нее наполнились слезами. Они потекли по щекам, оставляя мокрые следы. Бабочки в груди и рука, сжимавшая сердце, плохо сочетались. Теперь, когда слезы потекли, Лена больше не могла их сдерживать.
Лукас шагнул к ней, затем еще раз. Лене следовало остановить его, но она не могла и не хотела. Он коснулся ладонями ее щек. Она видела веснушки на его скулах и капли дождя на ресницах. Лукас наклонился к ней, и Лена поняла, что бабочки в груди выиграли битву. Он прижался губами к ее губам, и все вокруг будто завертелось в вихре красочных образов. Ее сердце бешено колотилось, но она не могла различить изображения – это напоминало катание на американских горках.
Внезапно образы стали замедляться, и наконец один из них замер перед ее мысленным взором. Лена увидела Лукаса, лежащего в парке на земле, он был весь в крови. Потом возник новый образ – этого Лена раньше не видела: Лукас падает на колени и кричит от боли. Над ним возвышается один из легионеров и смеется.
Это вернуло Лену к реальности. Она тут же оттолкнула от себя Лукаса и стала хватать ртом воздух. Он растерянно посмотрел на нее и хотел вновь обнять. Она предостерегающе подняла руку.
– Прекрати! – выдохнула она, и на ее глаза опять навернулись слезы.
– Что с тобой? – обеспокоенно спросил он.
– Я не могу, – произнесла она сдавленным от слез голосом.
– Почему? – В его голосе звучало отчаяние. – Из-за этого Дариана?
И тут Лену пронзила ужасная мысль, и ее будто парализовало. Лукас не остановится! «Заставь его прекратить, иначе он умрет. Так надо!»
В этот момент Лена ненавидела себя больше, чем кого бы то ни было в мире.
– Да, – прошептала она.
Лена увидела, как в глазах Лукаса будто что-то разбилось, и на долю секунды он стал похож на образ из недавнего сна. Он выглядел таким скорбным и уязвленным, что Лене было мучительно на него смотреть.
– И ты поняла это только после того, как мы поцеловались?
Лукас сверлил Лену взглядом темно-зеленых глаз.
– Прости.
Больше всего ей хотелось закричать, что это неправда, но она сдержалась. Накатила еще одна волна слез, и лицо Лукаса расплылось. Лена опустила веки и погрузилась в созданный ею самой мир – мир тьмы и страданий. Наконец она услышала, как он громко захлопнул за собой дверь на террасу и выбежал под дождь.
Через несколько секунд Лена повернулась к брату, который все еще лежал на диване с закрытыми глазами.
– И давно ты проснулся? – спросила она, всхлипывая и вытирая слезы с лица. Даниэль мог больше не притворяться, она знала, что он не спит.
Даниэль приоткрыл веки и бросил на сестру неодобрительный взгляд.
– Достаточно давно, чтобы впервые в жизни мне стало стыдно за то, что ты моя сестра.
Даниэль больно ранил Лену этими словами.
– Ты вообще не понял, что случилось! – попыталась она оправдаться.
– Ты поцеловала Лукаса, а потом сказала, что тебе нравится другой. Поправь меня, если я неправильно понял!
Лена не могла ничего возразить. Даниэль обрисовал все верно и лаконично.
– Не думал, что ты можешь быть такой жестокой. Лукас, конечно, привык держать удар, но чтобы вот так… – Даниэль состроил печальную мину. – Если поторопишься, может, успеешь догнать его и унизить еще раз. Я думаю, ты уничтожила в нем не все самоуважение, капелька еще осталась. – Даниэль посмотрел на сестру, покачал головой и с укором продолжил: – За последние несколько дней тебе удалось оттолкнуть от себя всех друзей. Что с тобой, в конце концов?
Она молчала, и брат наконец вышел из гостиной, оставив ее одну.
Лена чувствовала себя предательницей. Она с трудом добралась до кровати и вытащила браслет из-под подушки.
«Теперь он ненавидит меня! И правильно!» – в отчаянии думала она, вжавшись в подушку, пока не кончился воздух. «Но лучше пусть он ненавидит меня, зато останется жив», – пыталась она себя успокоить.
