Душа Махабира полностью

— Ц, че-е-е-рт.

Рюга тяжело дышала, она видела, что из-за угла как буйвол на легкой пробежке, на девушку несся каменный балован, — «Ни царапины?!» — Она встала в защитную, ненавистную для себя стойку. Гон обволокла оставшейся костью правый локоть, отпарировала им серию примитивных атак.

С локтем быстро пришлось попрощаться. Вдруг девушка увидела, что шея здоровяка местами без каменных наростов, она — открыта. Голым кулаком гон попыталась ударить в эту брешь. Камнелюд резко прижал голову к плечу, с хрустом прищемил пальцы и не отпускал. Двинув его раздолбанным духовым локтем, она высвободилась, — «Сломаны!» — поняла Рюга, мельком посмотрев на скрюченные пальцы.

Громила отшатнулся, из его носа текла густая кровь. Размяв шею, здоровяк начал надвигаться. Атака, которую он собирался сделать, была очевидна даже ребенку. Песочный человек вложил весь вес, такой выпад был способен раскрошить все кости гона разом и настоящие и духовые.

Рюга попятилась вправо, уклонилась, сиганула ему на голову. Оказавшись за спиной, гон обвила его бедрами, внутри которых еще оставались целые красные кости. Резким рывком духового позвоночника она смогла опрокинуть громилу.

Таким приемом можно было удушить слона, но она чувствовала — кости оболочки трещат внутри. Камнелюд цапнул бедра железной хваткой, — «ОН СЛОМАЕТ ИХ!» — проискрилось в голове девушки.

— Стой-стой-стой-стой!!! — запаниковала она, колотя его кровавым кулаком по лысому темечку.

Он остановился. Рюга поняла это не сразу и продолжала молотить, сдирая кожу с уцелевшего кулака.

В конце площади показалась знакомая фигура. Рюга заметила, что и камнелюд, который по-прежнему крепко держал ее за бедра, издавал гудящие звуки. Ему вторила та самая песочная девочка, которая провела с Рюгой день.

Кольцом их окружили люди в масках, и опустили копья. Два человека подвели парня с ножом у горла. Мальчишка был не выше полутора метров ростом, одет в потертое пальто с кучей карманов, через хилое плече и тонкую шею болталась сумка, черные волосы свисали растрепанными сосульками.

Камнелюд разжал руки, Рюга облегченно стекла с него на землю.

— Сдаюсь, спасибо, что не искалечил, здоровяк, — сказала она и заглянула в щели на каменном лице, в которых она надеялась найти глаза.

Сморщившись, девушка поглядела на козлобородого. Он все еще дрожал от страха, но чем ближе он подходил, тем больше хитрую рожу перечеркивала идиотская улыбка. Мужик чуть ли не подпрыгнул к камнелюду и начал орать на него.

— Эй, Финланд… Ты Финланд или как? — обратилась она к парню с лезвием у горла.

— Да, — выдавил он, но его гриву тут же натянул наемник в маске и пошлепал ножом по шее.

Козлобородый махнул ладонью — отдал очередной приказ. Стражники начали надвигаться на гона.

Камнелюд топнул. Топнул так сильно, что с разломанных стен, которые громила протаранил до этого, посыпались обломки. Стражники замешкались, но не остановились.

Рюга встала, посмотрела на козлобородого, который понял, что снова оказался слишком близко к чокнутой красноволосой бестии и тут же спрятался за спины своих людей.

Вскоре все услышали синхронный топот из переулков, в них заиграл свет фонарей. На площадь, где произошла драка, вытекло две дюжины солдат в чешуйчатых кольчугах.

Вокруг дерущихся сформировалось второе кольцо копий. Вышел главный стражник в белом тюрбане, что-то пробурчал, посмотрел на высоченную девушку.

— Я не понимаю, — щупая плече сказала Рюга, — «уже задыхаюсь… даже до ворот не дошагаю… смогу восстановить максимум одну ногу…»

Козлобородый сразу начал что-то тараторить, обращаясь к стражнику. Минуту тот выяснял, что к чему. Затем крикнул, указывая пальцем на паренька с лезвием у горла. Нож убрали, парень начал нескладно мямлить что-то на их языке. Даже Рюга понимала, что мямлил он не так уж плохо, некоторые слова звучали как у местных.

— Нас п-просят сдаться под стражу, — вполголоса передал Финланд.

— Ага, а потом?

— Я не знаю, но он сказал, что убьют тебя на месте, если не подчинишься.

Рюга смерила взглядом главного, — «Суровый дядя…» — подумала она и начала плавно вставать, готовясь сделать рывок наспех залатанной духовой ногой. Шершавая ладонь легла на плечо девушки. Четыре каменных пальца не сдавливали, но по хвату было ясно — они сделают это в любой момент.

Рюга зыркнула на камнелюда. На лице не было эмоций, — «Камень, меня поколотил камень, еще и с внутренним духом…» — думала гон и признала, что ей не вырвется.

К девушке подошли двое и заковали руки в спиральные наручники. Рюга задыхалась, смотрела как козлобородый, заискивая, что-то шепчет главному, — «Врет гад…» — подумала она и глянула на Финланда. Тот отрицательно помотал головой что бы это не значило.

Стражник проорал команду, девушку увели. Напоследок козлобородый одарил ее довольной улыбкой.

— Не зыркай на меня урод, а то я не усну, — хрипло огрызнулась гон и побрела прочь вместе с парнем, которого заковали в обычные наручники. — А тебя за что?

— Он сказал, что мы сообщники, — успел ответить Фин, на него гаркнули, толкнули в затылок. Парень умолк и уставился в землю.