«Согласен» — выдавил из себя лев, когда в нем остались лишь крохи жизни, а я больше не опасаясь его атак подошел к нему вплотную и даже занес руку для начала выжигания Разделителя.
— Тогда создай мой символ в своем теле сам. И убей себя им во славу мою, — жестко приказал я льву.
«Когда-нибудь, я тебе отомщу» донесся до меня отголосок его мысли, который он хотел от меня скрыть. Но приказ выполнил.
Надо же, я еще и отказаться могу. Не знал. Но лично для меня так даже лучше. Без колебаний соглашаюсь, после чего так и смотрящие на меня сверху вниз глаза гордого хищника смыкаются, а огромная с меня размером голова тяжело падает на землю. Вроде бы я победил, но чувствую себя палачом, казнившим невиновного. Вот же сволочной лев! Я и так не горел желанием начинать охоту, а после его «жертвы», продолжать еще больше не хочется!
В итоге решил пока отложить охоту на потом и для начала сделать артефактное оружие из полученной души. Хотя бы пойму, действительно ли оно способно помочь в войне с Беккером, или наши с Дашей предположения ошибочны.
Когда пришел вызов от главы пантеона, Дормидонт как раз заканчивал разбираться с очередными «умниками», что рискнули создать нового темного бога на границе сопредельного государства. В последнее время таких становилось все меньше, да и сам Дормидонт успевал появиться раньше и не дать свершиться кровавому ритуалу, но полностью эта практика не исчезла.
Дормидонт только хмыкнул про себя на такую непосредственность. Не глава, а чисто мальчишка! Новую игрушку получил в руки и тут же хочет ее испытать. Но мужику и самому стало интересно, что там за артефакт такой, поэтому отказываться он не стал.
Дормидонт удовлетворенно хмыкнул. То, что стихия у них одна и по идее не даст нанести урона своему адепту, его не смущало. Есть ведь нейтральные символы, да и так называемые «символы-преобразователи», как то же колард. Так что даже входя в одну фракцию боги вполне могут убить друг друга. Убивать мальчишку Дормидонт не собирался, но вот попробовать его «на зуб» кулаки давно чесались. А тут он и сам не против — грех не воспользоваться такой возможностью!
Спарринг решили провести недалеко от гейзера Олега. Место знакомое, а если отойти вглубь вымахавших сосен, их никто не заметит. Ну может кроме продолжающих держать оцепление спецназовцев. Но Дормидонта они не волновали. Мужик относился к ним с пониманием, сам был военным и знал, что такое приказ.
Когда они углубились в лес, Дормидонт впервые задал вопрос об артефакте.
— Сразу его используешь, или сначала разомнемся?
— Не хочется терять время, поэтому давай сразу, — ответил Олег, чем вызвал у Дормидонта легкую досаду и огорчение.
Видимо не удастся как следует подраться!
— Тогда начинай.
— Ты бы хоть броню какую надел, — растерялся молодой глава. — А то еще раню тебя.
— Парень, — рассмеялся Дормидонт. — Это ты у нас удар получить боишься, а я пулям и вражьим атакам не кланяюсь.
— Поэтому тебя подстрелили? — подколол Олег.
— То дело прошлое, — нахмурился Дормидонт. — В бою я предпочитаю сам атаковать, а не ждать, пока по мне прилетит.
В доказательство своих слов мужик материализовал в руке трехлинейку. Дормидонт был из тех редких богов, чей символ был не только в виде оружия, но еще и дальнобойного действия. И рисовался он тоже просто: достаточно было нарисовать на руке в одну линию схематично ружье: прямая в пару дюймов, затем один завиток — подобие предохранительной скобы вокруг курка, и закончить еще одной прямой линией в дюйм, что шла примерно под сорок пять градусов относительно первой линии.
— Ладно, тогда буду бить медленно, — скривился Олег.
После чего он вытащил из кармана брюк… кастет. Обычный такой, желтого цвета с четырьмя короткими шипами над пальцами. Олег полюбовался им и не торопясь надел его на правую руку. Шипами вниз!
— Ты хоть раз кастетами пользовался? — не удержался от шпильки Дормидонт. — Их не так одевают.
— Другие — может быть, — невозмутимо согласился парень, — а этот — только так!
