Торимаки нервничал. Что бы о нем не говорили сейчас, когда он вступил в Движение объединения, но он был патриотом своей страны. Потому и пошел против мэра, которого посчитал предателем. А говорили про Торимаки разное и подчас очень обидное. Что он «продался русским», что «стал подстилкой северных гайдзинов» или называли «продажной тварью, что не стесняется работать с якудза». Много чего обидного говорили недоброжелатели. Но Макото верил, что поступил правильно. Всесилье американцев на родном острове еще до прихода богов изрядно бесило тридцати пяти летнего мужчину. Случаи, когда какой-нибудь американский морпех с военной базы, вполне официально стоящей на Окинаве уже более половины столетия, напьется в хлам и изнасилует молодую японку, или даже школьницу — к сожалению не были редкими. Один раз Макото сам стал свидетелем этого события, о чем никому никогда не рассказывал. А все потому, что не смог тогда пройти мимо и оттолкнул пьяного верзилу в сторону, а тот возьми да и упади виском на разграничительный столбик! Насмерть. Ох и буча тогда поднялась! Американцы прошерстили весь остров, похватали пару десятков граждан страны Ямато да еще и заставили правительство принести официальные извинения! Вот что самое унизительное! Но Макото не жалел о том своем поступке.
Сейчас же, когда подвернулся шанс снова щелкнуть проклятых янки по носу — он не упустил его. И даже попытки презренного американского гайдзина надавить на него, угрожая лишить мужского достоинства, не сломили Торимаки. Что такое лишиться части тела по сравнению с лишением чести? Ну а с северными соседями можно будет и потом разобраться. В конце концов, однажды они уже били северного соседа, если понадобиться — повторят снова.
Но Торимаки все равно нервничал. Ведь если подчиненные Нурина не справятся, то его труд окажется напрасным. И ладно если он просто умрет, но ведь проклятые американцы могут забрать его душу и заставить служить на их благо вопреки воле Макото! Вот это пугало больше всего.
Дверь внезапно слетела с петель и в кабинет ввалилась блондинка с собранными в два хвоста волосами, короткой синей юбкой и чуть ли не вываливающейся из тонкой блузки грудью пятого размера. На ее фоне совсем терялись два мужика, хоть по росту они на голову превышали блондинку. В комнате словно потемнело, а Торимаки ощутил уже знакомое давление божественной силы, придавившей его к столу. Только в этот раз она была направлена именно на него, отчего сопротивляться мужчина не мог совершенно.
— Where is Chelendger? — вальяжно и с полным осознанием своего превосходства спросила блондинка.
Но ответить Торимаки не успел, как события понеслись вскачь.
На стенах кабинета Торимаки зажглись белым светом
Несмотря на внешний вид, как у девицы легкого поведения, темная богиня оказалась очень проворна, а созданный ей щит из негатива имел еще и отражающие свойства. Прикрывшись им, она дала пару секунд своим помощникам, чтобы подготовить контратаку. Два темных бога подняли руки над своими головами и стали быстро чертить в воздухе объемную трехмерную фигуру. На это им понадобилось около полутора секунд, после чего созданная фигура в виде шара с торчащими во все стороны трубками взмыла под потолок и выпустила веером из трубок под сотню черных пуль. Попадая в стены, они легко прошивали их насквозь, а когда касались начертанных на стенах светлых символах, испарялись, попутно разрывая нарисованную линию и искажая светлый символ. Всего один залп — и на стенах не осталось ни одного
Естественно Макс с Дормидонтом в это время не сидели без дела, но скорость реакции темных оказалась для них неожиданностью. Из-за чего их атака собственными символами произошла в тот момент, когда начертанные по стенам символы были выведены из строя.
— Бах! Бах! Бах! — выстрелы почти слились в залп, угодив точно в зеркальный черный щит блондинки.
