– Высокого, худого мужчину средних лет, с темными, слегка вьющимися волосами. С бородой и…
– Не то, – раздраженно прервал голубоглазый мой монолог. – Лучше смотри!
Да чего он от меня хочет? Думает, я обладаю волшебным взглядом и под ним страшила превратится в прекрасного принца?
Я посмотрела еще раз. Даже прищурилась для верности. Нет. Принц не появился, а передо мной высился все тот же задохлик, напоминающий лиц без определенного места жительства. Разве что пах он гораздо приятнее – я успела почувствовать, пока он не единожды валялся на мне. Интересный запах: непонятно, из чего состоит, но вызывает стойкие ассоциации с крымскими травами.
Пожав плечами, я в беспомощном жесте развела руки. Напряжение на лице мужчины переросло в усталое разочарование. Придерживаясь за высокий деревянный шест посреди помещения, голубоглазый выпрямился, тяжко вздохнул и, окинув меня тоскливым взглядом, начал раздеваться.
К такому представлению я не была готова. Пару раз открыла и закрыла рот, а потом грозно рявкнула:
– А ну-ка притормози! Чего удумал?!
Голубоглазый проигнорировал мой строгий тон и продолжал неуклюже раздеваться. Чтоб тебя! Тесемки на его шароварах подозрительно ослабли и уже готовились явить миру сокровенное. Я резво зажмурилась.
С тихим шуршанием одежда опускалась на пол, а я зависла. Дурацкая ситуация! Не выбегать же с воплями из шатра – неизвестно, что снаружи.
– Смотри! – послышался новый приказ.
Ага, сейчас! Разумеется, в земной жизни я не раз лицезрела голых мужчин. Однажды даже пришлось раскошелиться на стриптиз, когда отмечали девичник сестры. Но на этого голого доходягу я не удосужилась бы посмотреть, даже если бы мне заплатили. Тощий, бородатый, хромой, без руки. Увольте!
– Не буду! Прикройся! – снова крикнула я.
Подхватила с пола небольшую подушку и наугад швырнула в его сторону. В ответ послышался громкий приказ с переливами рыка:
– Смотри, женщина!
– Прикройся! – шипя от злости, упрямо твердила я.
Раздалось недовольное бурчание, следом глухая возня. Осторожно приоткрыла правый глаз. Мужчина стоял передо мной абсолютно голый, но одной рукой прикрывал подушкой стратегически важное место. Этот раунд я выиграла.
– Что видишь? – с маниакальной настойчивостью спросил он.
– Извращенца! – не выдержала я. – Тебе бы плащ и можно в парк выпускать.
– Говори понятно! – рявкнул он.
Недовольно поджала губы. Культурный барьер нарисовался. Поясню, мне не сложно.
– Ты похож на озабоченного…
Он махнул рукой, прерывая меня. Тихо застонав, видимо от отчаяния, повернулся ко мне задом.
– А так?
– Чуть лучше, – задумчиво ответила я, окидывая его фигуру оценивающим взглядом.
Действительно, ничего будет: тощий, но мускулистый. Мне показалось, или мужчина смутился? Вместо обычного рыка, он вежливо снова попросил присмотреться.
– Да что мы ищем-то?! – теряя терпение, воскликнула я.
– Я не знаю! Ты должна видеть!
Я совершенно не понимала, чего он от меня хочет. Правду говорят: завышенные ожидания не приводят ни к чему хорошему. Мужчина питал на мою персону большие надежды. Но какие?
Только я открыла рот, чтобы попросить его одеться, как воздух вокруг мужской фигуры подернулся прозрачной пеленой и мои глаза удивленно округлились. Не веря, я тихонько прошептала:
– Мать моя! Это еще что такое?
Мужчина от моих слов аж подпрыгнул на месте и попытался заглянуть себе за спину.
– Что там? – нетерпеливо спросил он.
– Мне кажется, для тебя ничего хорошего, – пробормотала я, вставая и обходя его по кругу.
На спине мужчины, левой ноге и груди красовались три огромные чернильные кляксы. Они, словно гигантские морские звезды, присосались к нему и крепко впились в его кожу. Тонкие щупальца уходили вглубь тела едва различимыми черными нитями и пульсировали. Фу, гадость!
– Расскажи, что видишь, – взволнованно произнес невезучий бедолага.
– К тебе прилеплены какие-то паразиты, – скривившись от омерзения, ответила я.
– Попробуй прикоснуться к ним, – попросил он, с прищуром рассматривая свою грудь.
– Нет уж, спасибо. Эта дрянь может быть заразна.
– Это не болезнь и предназначена не для тебя, – сказал он с затаенной болью.
Сомнительный ответ, и верить ему я не собираюсь. Обвела взглядом комнату и увидела на низенькой тумбочке деревянную ложку с длинной ручкой.
– Ты потом ее сожги лучше, – дала я ценный совет и легонько прикоснулась черенком к дряни на его груди.
Та чуть съежилась, и по её поверхности прошла мелкая рябь. Фу-фу-фу! Она еще и шевелится. Меня чуть не стошнило, а мужчина громко застонал и сложился пополам от приступа боли.
– Может, расскажешь, где обзавелся такой красотой? – спросила я, все еще кривясь от отвращения.
– Не твое дело! – сквозь зубы процедил он и с трудом разогнулся.
От грубости у меня сразу включился механизм ответного хамства.
– И вправду, что мне за дело, по каким помойкам ты шарился и где подцепил эту дрянь.
