Продолжать разговор не хотелось, потому я по-тихому улизнула из гостиной на кухню, не давая никакого ответа.
Итак, всего-навсего мне нужно разогреть свой ужин. Это же проще простого. И не будем обращать внимание на свои кулинарные способности. Откровенно признаться — их нет. В общежитии меня не подпускают к плите и едва ли вообще в кухню пускают, потому как я все могу одним чихом спалить.
Но надо бы становиться взрослой и самостоятельной ведьмой, не зависящей от окружающих.
Что у нас тут в качестве плиты? В домах немагов щелкаешь пальцем и огонек появляется на угле — создает тепло и разогревает пищу.
Осмотрела плиту — здесь вроде все так же. Даже уголь есть. А чем зажечь уголь — нет. Насколько же «экономная» хозяйка домика попалась.
— Вот жешь, — воскликнула я от негодования, и резко зажала губы ладонью. Примчится еще Демид сюда.
Только что делать? Как мне разжечь этот уголь? Может спички все же где завалялись?
Повторный обзор выдал только пыль и паутину в углах. Тоскливо посмотрела на свои отбивные и уже допустила глупую мысль: позвать Демида, чтобы он мне одним мановением руки разогрел ужин.
Хлопнула себя по лбу и отогнала эту идею. Будет выглядеть, как будто я вообще ничего не умею. А он только этого и добивается, чтобы потом поржать над моими потугами быть настоящим магом.
Значит надо как — то зажечь самой.
Снова посмотрела на уголь. Горстка лежала прямо в углублении плиты и безобидно притягивала желание внутри меня зажечь его.
Это же маленькая искра. Ничего страшного не случиться, я только разожгу огонек и подогрею свой ужин. Маленький импульс и я набью свой желудок теплой пищей. Да, необходима лишь небольшая искорка. В конце концов ведьма я или не ведьма?
Конечно пока не совсем ведьма… Только через два года стану… Но уже сейчас необходимо тренировать независимость…
Я щелкнула пальцами правой руки и отправила маленький огонек в угли.
Пока я наблюдала за траекторией своей магии с меня семь потов сошло от страха, что подожгу все здесь.
И он… просто не долетел, ныряя в раковину с водой, шипя и превращаясь в ничто. Еще один огонек улетел туда же, и еще один последовал в раковину.
Да чтоб тебя, это же банальный уголь. Почему у меня не получается его даже зажечь?!
Ругнулась себе под нос и направилась к уголькам, сунула пальцы в горку и щелкнула ими для вызова тепла.
Сколько раз мне говорили преподы, чтобы я не колдовала на эмоциях и не сосчитать. И каждый раз я попадала в ту же ловушку. Как и сейчас.
Первые три попытки меня «слегка» вывели из себя и у четвертой была только одна цель — зажечь уже этот чертов уголь.
Он зажегся! Нет, не так. Он загорелся! Каждый уголек загорелся ярким пламенем, мгновенно дошел до раскаленного и взорвался. Взорвался каждый уголек в горке, разнося себя еще на несколько таких же разгоряченных мелких угольков. Они в свою очередь разлетелись по кухне, делая дырки во всем, до чего касались, разгонялись все сильнее, становясь все горячее. Один из таких маленьких камешков врезался в мою руку и обжег предплечье.
Я закричала от неожиданности и от боли, рухнула на пол в поисках защиты.
— Ох, душа моя, — пропел на входе парень, взмахом руки туша все шарики. — Заняться нечем? Могла бы и меня позвать — вместе бы поразвлекались.
Еще один взмах рукой — и дырок вообще, как не бывало. Все вернулось на прежнее место.
КАК?! Как он это делает? От боли в предплечье и от несправедливости я едва не взвыла, развалившись на полу.
— Не валяйся на полу — простынешь, — поучительно произнес зазнайка, подходя ко мне и присаживаясь на корточки. — Ты обожглась?
Беспокойство в его голосе заставило мою подступающую истерику замереть на месте. Он сейчас снова на публику играет или действительно беспокоится?
Пока я размышляла, Демид уже осматривал мою рану.
— Надо залечить, — тихо произнес парень, беря меня за другую руку. — Поднимайся, давай. Нечего валяться.
Настойчиво потянув меня за руку, парень заставил подняться на ноги, и он же вынудил меня сесть на стул.
— Я сейчас все залечу. Только не дергайся.
— Ты же колдун. Откуда тебе знать о целительстве? — недоверчиво покосилась на руки парня, которые уже бережно касались моего предплечья.
Резко поморщилась от болевых ощущений, а Демид спешно отдернул руку, боясь сделать еще больнее.
— Мне пришлось за последние три года научиться всему, что могло бы спасти жизнь, — хмыкнул парень, продолжая колдовать над моей раной. — Ты постоянно вляпываешься в истории, душа моя. Приходится соответствовать.
Меня только что назвали ходячей бедой? Ладно хоть катастрофой вслух не назвал.
Прохладные пальцы Демида едва касались моей кожи, принося облегчение — боль от ожога быстро отступала. Я блаженно прикрыла глаза и улыбнулась. До этого рука горела от боли, еще и духота усиливала ощущения, а сейчас только умиротворение.
— Спасибо, — нехотя ответила парню, открыв глаза и смотря исключительно в пол, закусывая губу от неловкости.
Опять он избавил меня от проблем. А ведь их было бы столько — пришлось бы все деньги отдать и вернуться в академию раньше времени. Аж жуть берет, как только представлю все в дырках.
