даровано любимому», — прошептала я, но он не исчез, а провёл плетью между
полушариями груди.
- Ян! — закричала я, делая жалкую попытку освободиться.
Изречение больше не работает или работает только для Яна, но не для меня. И в
этот момент я ощутила, что паника не даёт мыслить здраво, заставляя кричать и
звать на помощь. И тело отвечало ей, оно визжало, извивалось, пока горло не
осипло. Леос только громко рассмеялся, и, замахнувшись, ударил, что я
сглотнула железный привкус и застонала.
Разум отключался от пережитого, и сквозь полыхающие следы на теле, я
расслышала громкие стук и голоса. Кто развязал мои ноги, и освободил руки,
что я упала на спасителя.
- Ян, — одними губами произнесла я, прижимаясь к прохладному бархату и
вдыхая знакомый аромат.
- Лорель, моя Лорель, что он с вами сделал, — ответил он мне и понёс меня.
Из глаз потекли слёзы унижения, облегчения и пережитого. Запоздалая реакция
организма на животное наказание, незаслуженное наказание, которое только и
мог творить такое животное, как барон Леос Рожмбергский.
Руки бережно положили меня животом на постель, а в следующий момент
каждую пульсирующую нить промокало прохладное полотенце.
- Лорель, любовь моя, единственная моя, простите меня, я опоздал, — шептал
Ян, а я продолжала беззвучно плакать.
- Всё хорошо, — скомкано ответила я, и попыталась приподняться, но руки не
подчинялись, они просто лежали, онемевшие от сковывающих их ранее
наручников.
- Нет, не хорошо, Лорель, — зло ответил Ян, и, приподняв меня, перевернул на
спину в полулежачее положение,подложив под спину покрывало, заставляя
ощутить каждый удар.
- Где вы были? – задала я главный вопрос, наслаждаясь им, его синими глазами,
который с сочувствием и заботой смотрели на меня.
- Я был у судьи, никто не имеет права манипулировать людьми, как это сделал
Леос. И я был там слишком долго, пока он решил отомстить мне, отыгрываясь
на вас, — покачал он головой и приблизился ко мне, осторожно касаясь ладонью
щеки.
- Я думала, вы ушли, обиделись на меня, — прошептала я.
- Что вы, Лорель, я… господи. Я никогда бы даже не подумал на вас обижаться,
— улыбнулся Ян. – Вам нужно уйти, ваши раны надо обработать, иначе будет
заражение.
- Ничего не будет, синяки сойдут, — уверила я его, но покривилась от новой
вспышки на спине.
- Ох, Лорель, я вам принёс столько боли, — печально произнёс он.
- Это ничто, поверьте. Ради вас я готова, — призналась я, а граф нахмурился.
- Нет, Лорель, я такой жертвы не достоин, — через минуту ответил он.
- Достойны, мы знаем, кто убил Перхту. Это Анет. Она вышла замуж за её брата
и была в замке. Вы её не видели? – спросила я.
- Анет? – изумился он. — Нет, я приехал ночью и видел только барона и Перхту.
Я знал, что брат моей жены женился, но не видел девушку. И имя у неё было
другое. Вы уверены, что это она?
- Да, Кира, это та, которая звала вас, она так же хотела вам помочь, как и все в её
роду. И они проследили линию жизни Анет. Она родила пятерых детей, но
только двое выжили, — ответила я ему.
- Я пригрел на груди змею, которая разрушила мою жизнь, убила Перхту, а
теперь и вам досталось, — выдохнул он.
- Вы понимаете, что это означает, Ян? Что теперь вы больше не будете мучиться,
вы будете свободны. Вы должны быть рады, — нежно произнесла я, хотя от
расставания сердце сжалось.
- Но я не испытываю радости, Лорель. Ведь это также означает, что я больше
никогда не увижу вас, я не готов с вами проститься, — в его голосе было столько
горечи, что из моих глаз покатилась одинокая слеза.
- Не плачьте, Лорель, прошу вас, — он приблизился и стёр влагу с лица.
- Это от счастья, что вы, наконец-то, обретёте покой, — солгала я, смотря в
синеву глаз.
- Я никогда не обрету покой, душа моя, потому что моё сердце отдано вам. Я не
желаю спасения, я готов жить так, но знать, что вы будете рядом. Я хочу узнать,
какая может быть жизнь, когда ты влюблён и вкушаешь то, ради чего был
рождён, — жарко прошептал он.
- Не говорите так, — покачала я головой. – Я была рождена для того, чтобы
приехать сюда и встретить вас. Помочь вам и вашей жене разгадать тайну, и я
это сделала…
- Вы хотите сказать, что только это заставляет вас приходить сюда? – он
отстранился и сурово сжал губы.
- Нет, к сожалению, не только это, — печально усмехнулась я, и, заметив у ног
свою футболку, потянулась к ней, превозмогая боль в спине.
- Это запретное чувство, вы были правы, — продолжила я, натягивая на себя
одежду. – Между нами не может быть отношений, ведь вы призрак, а я человек.
И когда вы уйдёте, мне будет тоскливо и одиноко, но меня будет согревать
мысль, что я знала вас, что я полюбила вас, и что вы нашли свой покой…
- Вы правы, Лорель. И я прошу извинить меня за мою вспышку. Я никогда не
чувствовал так много эмоций к одной девушке, как к вам. Я обесчестил вас, и не
могу дать жизнь достойную принцессы. Я всего лишь дух, который поплатился
за свои грехи. А вы невинное создание, и я использовал вас. Я занимался с вами
любовью, потому что слаб. Я не смог перебороть в себе это чувство, и я
раскаиваюсь. Но вы, как всегда, совершенно правы, у нас нет с вами будущего,
