Ведь если кольцо работает, значит, моя теория все-таки не верна! Глун к этим чертовым эротическим снам никакого отношения не имеет! А что из этого следует?
Я едва смогла сдержать стон и чуть локоть в омлет не поставила.
Неужели это все я?!
Бли-ин!!!
Нет, я никогда не относилась к числу людей, которые врут себе. Никогда не считала себя самой умной, самой талантливой, самой красивой. Я привыкла оценивать свои достоинства трезво. То же самое касалось и недостатков.
Глупо отрицать! Глупо делать вид, будто не поняла! Хотя бы потому, что признание болезни - первый шаг на пути к выздоровлению.
Я не знаю где и когда я умудрилась подцепить это “счастье”, но, судя по всему, я реально мазохистка. Ну а как еще назвать девушку, грезящую о мужчине, который ее постоянно унижает?
А о кураторе я, как оказалось, реально мечтаю. Пусть не осознанно, но тем не менее.
Иначе как еще объяснить эти сны?!
Конечно, можно еще порассуждать на тему того, что я не на Земле, а в другом мире. Что тут есть магия, о которой мне известно не так много. Можно придумать новую теорию, оправдывающую появление профессора в моих снах.
Но я же понимаю, что это лишь очередные отговорки. Чтобы решить проблему, надо понимать ее суть! А суть моей проблемы в том, что я подсознательно симпатизирую Глуну.
И как с этим бороться?
Именно с этими мыслями я вошла в аудиторию, и направилась к первому ряду. Тот факт, что Кэсси и Велора снова меня сопровождают и намереваются сесть рядом, уже не беспокоил. Меня вообще ничего, на фоне сделанного открытия, не волновало. Правда, ровно до тех пор, пока я не вспомнила, что первая лекция сегодня по “Теории магии огня”, которую ведет… да-да, он. Эмиль фон Глун!
Профессор влетел в аудиторию через миг после звонка. Мазнул взглядом по притихшей толпе студиозусов, и, убедившись, что прогульщиков нет, раскрыл папку с материалами для лекций. И понеслось.
Я этот предмет и без Глуна, сам по себе, не очень жаловала - вот как с первого дня невзлюбила, так и все. А теперь, после внезапного открытия и очередного далеко не целомудренного сна, просто не знала куда деваться.
Нет, я не застеснялась. Я, вопреки привычкам, злиться начала.
Что такого в этом ядовитом гаде? Да, если судить объективно, он красив. Но ведь смазливой мордашки, магической силы и титула аристократа для того, чтобы разбудить в девушке желание - недостаточно! Или… все-таки достаточно?
Черт! Неужели подсознательно я не только мазохистка, но и меркантильная стерва? А ведь, если подумать, я и с Кастом расчетливо флиртовала…
- Итак, продолжим! - Голос Глуна вырвал меня из очередного витка самоедства. - Раньше мы с вами рассматривали принципы построения простейших заклинаний огня. Тех заклинаний, освоить которые под силу каждому из вас. Для чего мы это делали?
Вопрос явно был риторическим, но повис в воздухе как-то очень угрожающе. Однако плохого не случилось, Глун продолжил сам:
- Нам требовалось понять принцип, - заключил мужчина. - А зачем мы с вами выписывали формулы этих заклинаний? Велора!
Я облегченно выдохнула и повернула голову, чтобы взглянуть на подругу Кэсси. Девушка оказанной чести не обрадовалась - состроила жалобное личико и поджала губы.
- Мы изучали формулы, чтобы… - сказала девушка на выдохе и запнулась.
А в следующий момент Велора опустила глаза и зарделась. И я вдруг осознала одну потрясающую, особенно в свете моих душевных терзаний, вещь: я не одна такая! В смысле, не единственная меркантильная мазохистка в этой аудитории. Потому что готова поклясться чем угодно - куратор Велоре нравится!
- Чтобы? - подтолкнул Глун.
Румянец на щеках девушки стал стократ ярче, взгляд заметался, ладошки сжались в кулачки. Глун, заметив эту реакцию, слегка скривился и вскинул голову. Взгляд синих глаз выискивал новую жертву.
- Юлина!
Я повернулась, чтобы увидеть к кому обращается куратор, и закусила губу в отчаянной попытке не засмеяться.
Изящная пепельная блондинка в алом балахоне попыталась вскочить с места, потом опомнилась, залилась румянцем и тут же потупилась.
- Зачем мы с вами выписывали формулы этих заклинаний? - повторил вопрос Глун.
- Мы… мы…
Пауза! Неоправданно долгая даже для человека, который банально не знает ответа. А я честно пытаюсь не захихикать. Боже! Еще одна!
- Плохо, Юлина, - бросил Глун хмуро. А через миг в гробовой тишине аудитории прозвучало следующее имя: - Маришка?
Шатенка, сидевшая на пару рядов ближе, чем Юлина, вздернула подбородок и отчеканила:
- Формула - это способ описания магического процесса. Мы разбирали формулы простейших заклинаний, чтобы понять принцип построения и воздействия. На простых заклинаниях этот принцип выглядит более показательно. И теперь мы можем перейти от простого к сложному.
И вот после этой тирады, зазубренной из учебника, мы все имели счастье пронаблюдать уже знакомую реакцию: шатенка опустила глаза, а ее щеки окрасил румянец.
Теперь я кусала не губы, ибо губы все-таки жалко, а палец. Блин! Мне же не мерещится, правда?
- Молодец, Маришка, - сказал Глун, и шатенка покраснела еще гуще. - Так и есть.
