Чуть повернув голову, я посмотрела на него. Драйг. Высокий, как любой представитель своего рода, широкоплечий, с копной темно-русых волос, отдававших, при свете льющегося из окна солнца, легкой рыжиной, и пронзительными карими глазами. В нем ощущалась сила, однако что-то подсказало мне, что этот мужчина не был воином. Словно его больше привлекала земля, чем сражения, а домашний очаг был предпочтительнее побед на поле брани.
— Вы староста? — судя по тому, что я видела, эти двое явно были как-то связаны, мне оставалось лишь сделать логичный вывод.
— Да, — кивнул он и, подойдя к жене, положил руки ей на плечи. — Мое имя Ольрих, а это Дора, моя жена. Именно она выхаживала тебя все эти дни.
— Знаю, — я благодарно посмотрела на притихшую женщину. — Спасибо.
— После поблагодаришь, как только на ноги встанешь, — тут же ответила она и, взяв в руки небольшую пиалу, поднесла к моему лицу. — Выпей, это отвар, он придаст тебе сил.
— Горько, — поморщилась я, выпив все до капли.
— Зато действенно, — наставительно отрезала она. — А сейчас спи, тебе восстановиться надо, а во сне все заживает куда быстрее.
— Сколько я уже здесь? — я с тревогой посмотрела сначала на Дору, потом на старосту. — Сколько?
— Сегодня уже пятый день, — ответил Ольрих, проигнорировав хмурый взгляд жены, которой явно не нравилось, что мне мешали отдыхать. — У тебя был сильный жар, колотая рана и несколько переломов, так что удивительно, как ты вообще выжила. Видимо боги тебе благоволят, девочка.
— Скорее уж это я упрямо не хочу пересекать Грань, — мрачно усмехнулась я и тут же болезненно выдохнула, когда бок буквально пронзило стрелой.
— Тише, милая, тише, — тут же захлопотала надо мной Дора. — Рано еще тебе шевелиться, да и разговоры могут подождать. А ты что? — внезапно накинулась она на мужа. — Видишь же, что она едва держится, а все туда же! Ну-ка дуй отсюда, — резко поднявшись с постели, она буквально вытолкала его за дверь, — потом все расспросишь.
— Но… — Он попытался было возмутиться, но быстро сдулся под взглядом подбоченившийся жены.
— Завтра, Ольрих, все завтра, — ее тон не позволял никаких возражений. — Как только раны затянуться и девочка сможет, хотя бы, сидеть. А сейчас кыш отсюда!
Я с умилением наблюдала за этой сценой, чувствуя, как медленно тяжелеют веки. Забавно было видеть, как большой и страшный Драйг послушно отступал перед этой маленькой и хрупкой женщиной. Было в этом нечто теплое, согревающее сердце и заставляющее верить в любовь. Он просто обожал свою жену — это читалось в каждом взгляде и движении, направленном на Дору, и она отвечала тем же. Интересно, удастся ли мне когда-нибудь испытать подобное? Перед глазами тут же встал образ райта, заставив тревожно забиться сердце. Я должна была как можно скорее встать на ноги и предупредить его об опасности. И если для этого необходимо круглыми сутками глотать отвратительные отвары Доры и безвылазно торчать в постели, я готова была потерпеть. Но не больше двух дней. Я и так потеряла слишком много времени.
— Вот так-то лучше, — довольно прошептала Дора, заметив, как закрылись от бессилия мои глаза. — Поспи, милая, а завтра все уже будет по-другому. Ты пришла в себя, и это главное. Все будет хорошо.
Я вновь уснула, разомлев, как кошка, от ласковых прикосновений женщины к моим волосам и тихой песенки, что она напевала себе под нос. Все будет хорошо. Теперь я в это действительно верила.
Дора оказалась права. Перевернувшись на бок, я тут же болезненно скривилась и открыла глаза — все та же постель, та же комната, вот только ощущения были совершенно иными. Опершись на руку, я медленно приподнялась и села, с изумлением поняв, что чувствую себя гораздо лучше. Да что там «лучше», я буквально светилась здоровьем! Ну… Не то, чтобы светилась, но сидеть самостоятельно уже могла. Откинув одеяло, я спустила ноги на пол и аккуратно поднялась. Голова тут же закружилась, намекнув, что ходить мне было еще рановато, но я упрямо переждала приступ и медленно, как улитка, направилась к висящему на стене зеркалу. На свое лицо смотреть мне не хотелось, так как прекрасно понимала, что болезненная бледность, круги под глазами и впалые щеки радости мне не доставят, а вот другие повреждения осмотреть желала. Остановившись напротив отражения, я подобрала длинную сорочку, которую, судя по всему, на меня надела Дора, и пораженно выдохнула, заметив тонкий светлый шрам на том месте, где не так давно торчал сук. Это чем же таким меня поила хозяйка, что сквозная рана полностью затянулась за каких-то шесть дней?! Нет, на мне и раньше всё заживало очень быстро, чему не уставала удивляться Райна, но чтобы с такой скоростью… Нерешительно дотронувшись до шрама, я вздрогнула от легкой боли. Да, судя по всему, отвар был направлен лишь на заживление, оставляя, однако, всю гамму неприятных ощущений больному.
За дверью послышался шум и, быстро опустив сорочку, я напряженно замерла.
