Её явно что-то тревожило, но на мои вопросы девушка отвечала односложно и раздражённо. Пришлось оставить её в покое и идти в столовую в компании Мартиона, Блордрак сегодня дежурил и прийти не мог. А после обеда мне сообщили приятную новость — приехал отец. После всех тревог и волнений это было по-настоящему радостное событие.
Урнан искренне беспокоился обо мне, это чувствовалось в каждом слове и жесте. Его любовь и забота согревали и успокаивали. Он расспрашивал, как мне живётся, как проходят занятия, интересовался, не обижает ли Дорган, но я предпочла не вдаваться в подробности и заверила, что всё нормально. Если отец попытается меня защитить и перейдёт дорогу деду, боюсь, старому змею не составит труда избавиться и от него, а этого я допустить не могла.
Очень хотелось поговорить с ним о событиях тринадцатилетней давности, но я не решилась — вдруг кто-то из шпионов Доргана отирается поблизости и всё услышит. Рискнула только спросить, кто такой Армус Гуар. По словам Никея, этот слуга, погиб вместе с нашими родителями.
— Это был наш кучер, — ответил удивлённый Урнан. — Разве ты его помнишь?
— Нет, только имя. Я знаю, что он тоже был той ночью в доме. Но почему? Разве слуги не проводят ночь Ёхвы со своими семьями?
— Наверное, Адела попросила остаться. Меня ведь там не было, так что подробностей не знаю, — развёл руками отец.
Он вдруг помрачнел, погрустнел и надолго замолчал, а я не стала бередить старую рану. Видимо, воспоминания о маме до сих пор причиняли ему боль.
Но задуматься было о чём. Зачем оставлять именно кучера, если не собираешься никуда ехать? А ведь в моём сне фигурировали лошади. Так может быть, всё произошло не в доме, а за его пределами? Где-то там, где растёт иргаль и по ночам кричат совы. Но вот ребёнок в эту теорию не вписывался. Откуда он мог взяться, кто его родители?
Я не переставала размышлять об этом на занятиях, в итоге постоянно отвлекалась и не добилась нужных результатов. А вернувшись в комнату, застыла неприятную картину. Эртан Дорган, злой и раскрасневшийся, кричал на сжавшуюся, бледную Ридию, которая уже с трудом сдерживала слёзы, и что-то робко пыталась возразить.
Поглощённые выяснением отношений, меня они не заметили, а я застыла, не зная, как поступить — выйти или вмешаться? С одной стороны, эти двое помолвлены, и всё, что между ними происходит — их личное дело, с другой — Ридия выглядела испуганной и расстроенной, и мне это не нравилось.
— Я не сделала ничего плохого! — слабо протестовала девушка, стараясь высвободить руку, в которую внук Доргана вцепился мёртвой хваткой.
— Ты опозорила меня! Обжималась с сыном предателя! — сердито заявил парень, огорошив подобной претензией. Неужели я что-то пропустила за то время, что отсутствовала?
— Мы просто танцевали. Всего один раз! — в голосе Ридии звучали слёзы, готовые в любую минуту политься из глаз.
— Мне рассказали, что ты выглядела очень довольной. Просто светилась вся! — ядовито процедил парень, вызвав у меня сильнейшее желание съездить по его наглой красной физиономии.
И кто, интересно, ему донёс, да ещё бурно приукрасив действительность? Впрочем, там, наверное, было много их общих знакомых.
— Этот смазливый сопляк тебе понравился, да? Понравилось, как он тебя тискал?! — брызжа слюной, напирал Эртан. — А от меня, значит, нос воротишь?!
Он вдруг схватил девушку за плечи, притянул к себе и попытался поцеловать. Она вздрогнула и на секунду затихла, а потом, когда его ладонь уверенно сползла с плеча на грудь, начала вырываться, но силы были не равны.
Я подбежала к ним и вцепилась в парня, пытаясь оторвать от соседки.
— А ну, отпусти её!
От неожиданности Дорган выпустил Ридию, которая тут же забилась в дальний угол. Увидев меня, он неприязненно скривился и грубо велел:
— Не смей ко мне прикасаться и выйди отсюда! Не видишь, мы разговариваем!
От такой незамутнённой наглости я оторопела и не сразу нашлась с ответом.
— Не вижу, — согласилась, с трудом сохраняя спокойствие. — На разговор это мало похоже. А уйти придётся тебе — мужчинам нельзя заходить в комнаты девушек.
— Я пришёл к своей невесте! Проваливай! — рявкнул он, багровея ещё сильнее, и шагнул к Ридии, но я встала у него на пути.
— Для женихов исключений в правилах нет! Уходи!
Несколько секунд мы мерились сердитыми взглядами. Судя по крепко сжатым кулакам, младшему Доргану очень хотелось меня ударить, и это было полностью взаимно.
— Хорошо, у меня отдельная комната. Уединимся в ней, — он грубо оттолкнул меня и, шагнув к невесте, схватил её за руку и потащил за собой.
— Пожалуйста, не надо! — слабо запротестовала испуганная девушка.
— Отпусти её! — теперь уже я резко оттолкнула нахала, освободив руку соседки.
Эртан, неуклюже взмахнув руками, грохнулся на пол и, ударившись о ножку кровати, с воплем схватился за голову. Увидев, что пальцы окрасились в красный цвет, парень резко побледнел, испуганно вскочил на ноги и бросился к двери. Прежде чем уйти, он обернулся и, смерив меня ненавидящим взглядом, свирепо рявкнул:
— Ты за это ответишь, стерва безродная!
