Вагон «МАКС Лайт Рейл» скользил по Фест-стрит, мимо пабов, где беседовали сидевшие за чашечкой горячего кофе студенты, ресторанов, окна которых светились приглушенным светом, и магазинчиков, оповещавших о распродажах похожими на киноафиши вывесками, однако Джульет оставалась глуха к их призывам. Ее волновала только история этого мерзкого преступления.
Итак, как объяснил ей Бролен, убийца копирует манеру Лиланда Бомонта, но не полностью, словно он не способен это сделать. И все же он доказал, что знаком с
Однако и в семье он был одинок. Единственный сын, пятью годами ранее потерявший мать, и глуповатый отец… то есть семьи как таковой у Лиланда не было.
Но кто же тогда мог знать его?
В большинстве случаев человек, движимый преступным инстинктом, не может спокойно довериться кому-либо другому. И все же этим двоим наверняка пришлось обсудить волновавшую обоих тему, только так они могли открыть друг в друге общую страсть. Джульет напряженно искала ответ на вопрос, как и где это могло случиться.
Юноши напротив нее продолжали смеяться и всячески жестикулировать, стараясь привлечь ее внимание.
А где проводят свое время серийные убийцы?
Джульет резко повернулась к молодым людям напротив. Они тут же перестали смеяться.
Небесно-синий блеск ее глаз вонзился прямо в зрачки того, кто считал себя крайне привлекательным, отчего тот сразу решил, что его желание исполнилось. Однако парень смутился, не поддержал «игру взглядов» и покорно опустил глаза.
Джульет нащупала след, ту деталь, которую Бролен, возможно, уже пытался проанализировать, но слишком быстро, или — а вдруг? — даже оставил без внимания.
Ответ был настолько очевидным, что на губах Джульет появилась улыбка досады.
Она вышла на следующей остановке и направилась к машине, следовавшей за трамваем. Внутри сидели двое полицейских в штатском; увидев ее, они сразу же переглянулись, словно спрашивая себя, под каким соусом их сейчас съедят.
Бролен уверенно держался на ногах, водя «глоком» из стороны в сторону, стараясь держать на прицеле все помещение. Удушливая сырость скользила по его одежде, словно невидимая рука, проникала под шерстяной свитер и сквозь ткань джинсов. Из полумрака доносился гул насоса, напоминая ворчание какого-нибудь цербера.
— Ларри, посвети мне, — прошептал Бролен.
И сразу в темноте зажегся «мэг-лайт» Салиндро; коллега подошел к инспектору.
— Мы же здесь задохнемся! — простонал он.
— Это ведь канализация, Ларри…
Помещение, в котором они находились, тянулось через все здание. Ни одного окна, полная темнота, только всевозможные насосы работали вокруг, выбрасывая густой горячий пар, смешивавшийся с испарениями клоаки. Стены истекали влагой.
Стоявший у входа Крейг Нова быстро оглядел помещение и покачал головой.
— Если говорить об отпечатках пальцев, эта задача явно не из простых, — сказал он громче, чем хотел.
Бролен знаком заставил его замолчать.
— Оставайся здесь, мы с Ларри все осмотрим. И не входи, пока мы не удостоверимся, что в здании чисто, — прошептал он. — Дай мне фонарь.
Крейг Нова отдал им «полилайт» и вернулся к двери.
Бролен двинулся направо, Салиндро — налево. Их движения были быстрыми и точными, отработанными до автоматизма. В левой руке — фонарь, выставленный перед собой в целях самозащиты, правая рука с оружием опирается на запястье левой. Все, как учили в академии.
