Да, в обычных условиях мне бы это никак не угрожало — организм благодаря регенерации Дара сам бы без проблем справился — даже никакие лекарства, больницы и лечебные Дары, вроде Дара Элизабет, не понадобились бы. Но сейчас, когда Дару и без того постоянно приходиться защищать организм от холода и бороться с обморожением и ранее полученными ранами — у него попросту не хватит ресурсов, чтобы ещё и с болезнью бороться. Наверное, Алисе хватило бы. Карэн, может быть, тоже. Но мне, Еве или девочке — точно нет.
Об этом, кстати, даже говорят до сих пор незажившие у нас с Евой раны, полученные, наверное, где-то часов восемь назад.
Поэтому в моём случае заражения допустить сейчас никак нельзя. А значит — нужно во что бы то ни стало хорошо обработаться рану. И именно этим я и занялся, используя для этого всё, что было в аптечке и могло при этом хоть как-то помочь.
Вот только даже осматривая рану, когда осталась её лишь перевязать бинтами, у меня всё равно были сильные сомнения в том, что последствия этого обойдут меня стороной.
— Блять!.. — раздался ошеломлённый крик Карэн, когда она посмотрела на меня.
Повернувшись к ним, я слегка улыбнулся, немного помахав рукой, стараясь показать, что всё в порядке. Но, конечно же, это никак не помогло, и Карэн продолжала на меня смотреть, явно разрываясь от желания подойти и чем-то помочь, и тем, что просто не в силах этого сделать чисто физически.
— Разбуди их! — нервничая, чуть ли не трясясь, выкрикнула Алиса, поднявшись и побежав ко мне. — Ты как⁈
— Нормально. Сможешь перебинтовать? — протянул я ей бинт.
Она его взяла, однако… буквально зависла, не зная, с чего вообще начинать.
— Понятно. Делай, как я говорю…
И уже под мои указания и помощь она смогла кое-как перебинтовать всё плечо, истратив на это весь бинт. Правда, в процессе она так сильно нервничала, что один раз от этого она выронила бинт на землю и несколько раз случайно касалась самых болезненных мест, из-за чего сразу же начинала бесконечно извиняться и трястись ещё больше. И даже мои слова о том, что всё в порядке никак не помогали — она упорно продолжала винить себя, наверняка ещё считая, что это произошло по её вине, хотя ранее я уже ей сказал ей, что это не так.
Так-то понятно, чем она руководиться — так как она самая сильная в нашей группе, то и ответственности, якобы, на ней больше всех остальных, но это не так. Ответственность тут у всех одинаковая — как и риски. Впрочем, сколько я бы ей это не говорил — она меня не слушала — кивала, но при этом очевидно пропускала всё мимо ушей…
Вскоре же после того, как мы с этим закончили, около нас собрались остальные, осматривая меня, — разве что Карэн продолжала выдерживать между нами небольшое расстояние и старалась лишний раз не смотреть на меня.
— Давайте ближе к аномалии подойдём, — проговорил я, когда Алиса помогла мне встать на ноги. — Нужно для начала согреться и высушить всю одежду. Всё остальное — потом…
На самом деле даже на этом расстоянии от аномалии температура была где-то примерно градусов двадцать, так что со временем мы бы и так согрелись и вся одежда высохла. Тем не менее, так как мы не в безопасности и буквально в любой момент с любым из нас может повториться эта ситуация с демоно-волком, нам нужно было делать это всё максимально быстро.
Правда, «максимально быстро» в любом случае не вышло: вся наша одежда, особенно ноги, были промочены полностью; а из-за наших тела, ушедших даже дальше первой стадии обморожения, нужно было медленно и с перерывами приближаться к огню, чтобы не допустить сильного перепада температуры и не навредить этим самым нашим организмам ещё больше. Понятное дело, наши Дары защитят нас от этого, но пренебрегать подобным просто так всё равно не стоит, полностью полагаясь на них.
— Сейчас согреемся немного, и нужно будет поесть и заняться водой… — всё ещё немного дрожа от холода, сказал я, сидя, как и остальные, голым на земле, с вытянутой рукой и ногами в сторону аномалии.
Да, в один момент мы полностью разделись. На этом расстоянии от аномалии температура, по ощущениям, где-то под тридцать с лишним градусов, так что одежда уже не то что не согревала, а наоборот мешала только. К тому же это попросту необходимо, чтобы нормально просушить всю имеющуюся у нас одежду, которую мы положили ещё чуть ближе к аномалии, чем находимся сейчас сами.
Ну и разумеется, все к этому отнеслись относительно нормально и с пониманием.
Даже Ева, которая, обычно, от любой мелкой пошлости начинает смущаться, сейчас не выказывала ничего такого. Впрочем с тех пор, как мы оказались здесь, она вообще практически ничего не выказывает, лишь молча смотря куда-то, словно пытаясь осознать что-то.
