Высшие могли восстановить свой запас магии и сами, но на это уходило очень много времени. Менталистам это давалось легче, так как расход силы был не столь велик, как у материальных магов. Берит же восполнял потери очень быстро, да только не все могли его себе позволить. Стоили эти камушки огромных денег.
Правительница выхватила коробочку из рук служанки и, вынув один из минералов, приложила его к груди сына. Камень, полный силы, источал мягкое голубое сияние. Когда оно начало угасать, все вздохнули с облегчением, так как это было явным признаком того, что душа принца забрала себе необходимое количество магии.
Я сделала лишь один шаг в направлении постели Филиппа, но и его оказалось достаточно, чтобы вновь обратить на себя внимание свекрови.
— Пошла прочь! — вдруг завопила она, указывая мне на дверь. — Все прочь! Уходите! Оставьте меня с сыном наедине! — бесновалась женщина.
Перепуганная внезапными криками, я остановилась как вкопанная, не в силах пошевелиться. Слуги начали спешно покидать покои наследного принца, даже старик-лекарь собрал инструменты в ридикюльчик и, поклонившись своей госпоже, отправился восвояси. Я же никак не могла пересилить шок и вернуть себе контроль над телом. На глаза навернулись слёзы.
«Нельзя реветь. Только не перед ней. Ни в коем случае не показывать своей слабости. Крепись, Дафна. Боги не оставят своего любимца в беде», — увещевала я саму себя, пытаясь не расплакаться перед правительницей.
— Боги! — вдруг вырвалось у меня.
— Что? Ты ещё здесь? — Её Величество в очередной раз зыркнула на меня, как на своего злейшего врага.
— С Вашего позволения, я бы хотела помолиться о здравии супруга, — выпалила я, вспомнив кое-что очень важное.
— Так иди и молись! Если Филипп не поправится, тебе придётся несладко. — Она уже не смотрела в мою сторону. Сидела, взяв принца за руку, и тихонько поглаживала его ладонь.
Было очевидно, что для неё он не просто наследник, а средоточие всех её чаяний и мечтаний. Я не стала задерживаться, так как поняла, что, скорее всего, она накричала на меня, потому что была напугана и переживала за сына. Кто я такая, чтобы винить мать в том, что она любит своего отпрыска… сверх меры?
«И как я раньше не додумалась?» — корила я себя, быстрым шагом направляясь в храм Пресветлых, который имелся при дворце.
Да, сила у диалов передавалась только по мужской линии, и наследник всегда рождался один и только от законной супруги. В то время как дочерей могло быть несметное множество. Но и потомки женского пола обладали определёнными преимуществами по сравнению с простыми смертными. Все дочери правителей и самых сильных высших могли взывать к Богам, пока не лишились невинности. Начиная с тринадцати лет и пока оставались чисты, девочки имели право обратиться к Пресветлым с мольбой, и те, как ни странно, их слышали и помогали.
Сильнейшие нашего мира обитали в чертогах на Небесах, никто и никогда их не видел, но все точно знали, что женщин среди них нет. Пресветлые — мужчины, диалы, наделённые огромной властью. Когда-то давно они установили правила, по которым существовал этот мир, отправили на землю своих подопечных — высших, чтобы те помогали смертным и управляли ими, а сами отправились на Небеса, обособившись от всего. Но стоило невинной дочери одного из правителей воззвать к ним, они непременно откликались на её мольбу. Важно помнить одно: ни в коем случае не просить за себя. Девушка могла пожелать здоровья близким, завершения войны, которую вела её страна, лучшей доли для бездомных и больных, но для себя любимой ничего вымаливать было нельзя.
— Пожалуйста, только бы сработало, — шептала я, входя в святая святых столичного дворца.
В храме царила полнейшая тишина. Только голуби, оккупировавшие окна с витражами, курлыкали время от времени. Но даже они старались не шуметь. Видимо, аура этого места ощущалась всеми живыми созданиями.
В центре мраморного зала имелся небольшой алтарь, на котором лежал толстенный древний фолиант — сборник молитв на забытом языке. Его знали только служители Пресветлых и те, что ещё могли взывать к ним. Стоило дочери правителя выйти замуж и лишиться невинности, она тут же теряла возможность читать писания.
Я подошла к каменному возвышению и раскрыла книгу на нужной странице. Просто знала, какая именно потребуется в моём случае. Упав на колени возле алтаря, стала читать молитву. Закончив, собралась с мыслями, чтобы верно сформулировать просьбу.
— О, Пресветлые! Молю, помогите моему супругу одолеть недуг и как можно скорее прийти в себя. Дайте ему сил справиться с заданием, порученным ему отцом. Ниспошлите озарение, помощь, которая так необходима. Пусть Ипервория снова заживёт так, как прежде, не зная забот. Её подданные и правители никогда не нарушали ваших заветов, чтили и уважали вас. Проявите к ним снисхождение и поддержите в это трудное для страны время. На вас уповаю, — последние слова я уже практически шептала, так как сама просьба всегда отнимала массу сил.
