Коп. Адвокат. И профессиональный преступник.Три брата Дэйли. Три сына полицейского, погибшего во время криминальной разборки.Они чтят память отца и верят в то, что братья всегда должны держаться вместе. Но это — единственное, что их объединяет.Но теперь — не важно, кто из них в каких отношениях с законом.Город замер от ужаса: уже несколько женщин стали жертвами жестокого маньяка по прозвищу Душитель, снова и снова уходящего от наказания.И братья Дэйли вынуждены объединиться — ведь беда подступает все ближе к их дому…
Братьям Генри и Теду
«Если вы давно не были в Бостоне, вас ожидает сюрприз — город американской истории превратился в город будущего. Под эгидой лучших университетов здесь открылись сотни научных центров, в которых исследуют проблемы космической эры — атомы, нуклоны, электронику, автоматизацию и так далее.
Тут чиновник и ученый в равной мере чувствуют себя как дома. Они живут в новых домах, в считанных минутах езды от своей работы. Их дети посещают самые престижные школы, жены делают покупки в суперсовременных торговых центрах. Семьи наслаждаются уникальной атмосферой, которой Бостон славится во всем мире. А самое главное — они окружены дружелюбными согражданами. Круглый год здесь не замирает веселье.
На неделю, на месяц, на всю жизнь… Вам понравится Бостон! Приезжайте и убедитесь сами!»
В вагоне метро — двадцать покачивающихся людей с окаменевшими от горя лицами. Мужчина машинально постукивает ногой по полу, выбивая барабанную дробь. На Бойлстон-стрит поезд повернул, стальные колеса заскрежетали по рельсам, свет погас. Пассажиры закрыли глаза, точно прихожане, начинающие безмолвную молитву. Когда лампы снова зажглись, они их открыли. Рики Дэйли наблюдал за людьми вокруг.
На станции «Парк-стрит» Рики поднялся по лестнице на улицу и смешался с неподвижной толпой. Конторы закрылись рано, поэтому получился необыкновенно ранний час пик, но деваться было некуда. Новости звучали повсюду, по-прежнему сенсационные, хотя все уже их слышали. Газетчики кричали: «Свежий выпуск! Только у нас! Эксклюзивное интервью!» Они с особым смаком произносили шипящее слово «убийс-с-ство». На Тремонт-стрит люди подходили к припаркованным машинам, чтобы послушать радио, наклоняли головы к окнам. Но настоящих новостей не было, никто ничего не знал, народ отходил, топтался на тротуарах, бродил по всей площади. Перевалило за полдень — миновало около трех часов с той минуты, когда президент Кеннеди схватился за шею, будто его ужалила пчела. Три часа — но всеобщее потрясение не проходило — оно сгущалось, и удивление все более смешивалось с тревогой: что же дальше? С какой стороны ждать нападения? Как, черт возьми, это пережить?
Рики брел через толпу, направляясь в западную часть города. В районе Коммон, в стороне от людных улиц, было тише. Никто не разговаривал — люди не знали, что сказать. Рики различал бормотание большого города, шум моторов вдалеке, сигналы, свистки полицейских. На нем были серое пальто и костюм за сто двадцать пять долларов, от которого чесалось тело. Ботинки, новенькие черные мокасины, легонько поскрипывали на ходу. Он пытался разносить их, ходил в них по квартире, но они по-прежнему натирали ноги. Рики по крайней мере сделал мокасины менее блестящими, натерев их слюной. Обувь должна выглядеть начищенной, но не новой. Новые туфли непременно привлекут внимание.
У Лягушачьего пруда на дощатой скамейке сидела женщина, прижимая ко рту скомканный платочек. Глаза у нее были влажные. Рики остановился, чтобы предложить ей свой нетронутый платок, который лежал сложенным в кармане пиджака.
— Держите, — сказал он.
— Не нужно.
— Да бросьте, он чистый. Я его просто так ношу.
Рики отвел взгляд, чтобы она могла спокойно высморкаться.
— Кто мог это сделать?.. — Женщина всхлипнула.
Рики снова посмотрел в сторону, но заметил в уголках ее рта застенчивую улыбку. Ну-ну.
— Кто мог это сделать?