Основано на мифах Г.Ф. ЛавкрафтаМы находимся в США в эпоху шестидесятых. Человечество, пережив страшную войну, пытается вернуться к нормальной жизни после того, как стало известно о существовании неких тварей сверхъестественной природы.Джордж Хэмптон, лейтенант Бостонской полиции был вызван на место преступления: женщина была обнаружена задушенной в своём доме. С этого момента в истории начинают появляться вкрапления мифологии Лавкрафта. По мере развития событий выясняется, что Бостонский Душитель, возможно, вовсе и не является человеком.
Антонио Дионисио
Душитель
Переведено специально для группы
˜"*°†Мир фэнтез膕°*"˜
Оригинальное название: El Estrangulador
Автор: Антонио Дионисио / Antonio Dionisio
Переводчики: Карина Барышева, Дарина Ларина
1. Старый мир рушится
Антонио Грамши
День выдался серым и пасмурным. Облака на небе образовали плотный панцирь над Бостонскими небоскрёбами, блестящими от дождя, который хлестал по улицам без малейшего намёка на милосердие всю прошлую ночь. Джордж сидел за рулём своего автомобиля, ожидая, когда светофор покажет зелёный. Он подкурил уже которую подряд сигарету за то утро, а свободную руку держал на зеркале заднего вида своего Фиат Фарлайн пятьдесят шестого года. Он с трудом вспоминал, когда последний раз видел, как светило солнце на почти постоянно мокрых улицах Бостона. Небо всегда выглядело так, будто готово разорваться, со своими наглыми и очумелыми ручищами-облаками, по форме напоминавшими длинные завитые локоны… а может даже щупальца.
Джордж смотрел на улицу. Продавец хот-догов не упускал своего возле входа в офисное здание. Он был похож на живую мумию, кожа его была натянута на кости, по виду довольно хрупкие.
«Что за демоны должны были пройтись по этой стране, чтобы вынудить людей работать до полного изнеможения?» — подумал он, выдыхая клубы табачного дыма, и улыбнулся сам себе с определённой долей иронии. Было бы забавно, если бы кто-то реально ему ответил, что за демоны на самом деле напали на эту страну.
Загорелся зелёный, и Джордж направил свой автомобиль в южную часть города. Обнаружилась ещё одна жертва, уже четвёртая за последние недели. Все найдены мёртвыми в своих домах, перед этим подверженные неописуемому насилию.
Когда он прибыл на место, начал моросить небольшой дождь. Молодой полицейский, по виду неопытный, с недавно отпущенными усами (наверное, чтобы казаться серьезнее), всячески пресекал попытки представителей прессы попасть на место преступления, а те, в свою очередь, сыпали вопросами и снимали со вспышкой, направляя объективы камер на вход дома из красного кирпича и на всех, кто приближался к нему.
Некоторые из них сфотографировали и Джорджа. Но их попытки соскальзывали, словно капли дождя, стекавшие с его бежевого габардинового плаща. Пара безлиственных деревьев демонстрировали журналистам свои скелеты, рядом стоял уличный фонарь между полицейским кордоном и крыльцом. Коллинз ждал его; лицо его было красным и распухшим, а нижняя губа выпирала, словно баклажан.
— Как дела, Хэмптон? — спросил он, задыхаясь. Он всегда говорил так, будто ему не хватало воздуха. Будто его легкие еле двигались под толстой жировой прослойкой.
— Что у нас тут? — принялся выяснять Джордж, меряя шагами крыльцо.
— Джейн Салливан, 67 лет. Задушена.
— Изнасилована?
Джордж зашел за спину Коллинза. Он заметил мокрые следы на зеленом коврике перед входом. Несколько полицейских ходило по дому, что-то записывая, снимая мерки.
— Возможно.
Коллинз остановился перед входом в ванную. Джордж заметил, что миссис Салливан — или то, что от нее осталось, — лежала на спине в ванне, голова находилась под краном. Джордж приблизился, чтобы рассмотреть. Процесс разложения уже привел к некоторым изменениям в организме жертвы. Кожа была дряблая, морщинистая в одних местах и, наоборот, распухшая в других. Вонь стояла невыносимая. Ноги непристойно раскинуты, жертва облачена в мокрую ночную рубашку, задранную до талии. Джордж испытал непреодолимое чувство отвращения, но не по отношению к трупу, разлагавшемуся в ванной, а к тому, кто мог подобное сотворить с несчастной. Перед тем как отойти, Джордж еще пару минут смотрел на тело. Зрелище не было особо приятным, но он не мог просто отойти. Как будто он ощущал проявление неуважения к жертве в том, что видел ее мертвой и оскорбленной и не мог ничего сделать. Но не знал, как извиниться.
— Ты что-то нашел?
