– Да. Сломанные ногти на руках и ногах. Облита водой, на руке подвязка с голубой лентой. Ботинки пристегнуты один к другому.
– Это не случайность, – тихо промолвила Шарлотта. – Кому были известны все эти подробности, кроме того, кто сам это сделал?
– Юарту и Ленноксу, это полицейский врач. Еще Корнуоллису и констеблю, которого позвали, когда обнаружили тело. И еще Телману, – ответил суперинтендант. – Больше никому.
– А газетам?
– Нет.
– Соседки Ады могли проболтаться, – напомнила ему супруга. – Люди всегда много болтают, особенно когда сильно напуганы. Страх не так пугает, если разделить его с кем-то.
– Они не знали всех подробностей, – ответил Питт, вспоминая, что могла видеть Роза Берк. – Во всяком случае, они не знали о сломанных ногтях. Кстати, об этом не знали и Бинс с Телманом.
Шарлотта сидела так близко к мужу, что их колени почти соприкасались. Если бы хотела, она могла бы дотронуться до него.
– Значит, это все совершил один и тот же человек, – тихо сказала она. Миссис Питт не собиралась судить мужа, и в глазах ее не было страха – была одна лишь печаль.
– Да, – согласился Томас, прикусив губу. – Должно быть, один и тот же. – Никто из них не упомянул о Костигане, но память о нем давала о себе знать горьким сожалением и чувством вины.
Шарлотта положила свои ладони на руки супруга и крепко сжала их.
– Это Финли Фитцджеймс? – наконец спросила она, посмотрев ему в глаза.
– Не знаю, – чистосердечно признался Питт. – Я нашел под подушкой убитой Норы Гаф носовой платок с монограммой «Ф.Ф.». Это не просто чей-то случайно забытый носовой платок. И все же он еще не доказывает того, что Финли Фитцджеймс был там в этот вечер. – Полицейский глубоко и горестно вздохнул. – Единственного клиента Норы в этот вечер, однако, видели. По описанию, он светловолос и хорошо одет. Иными словами, это был джентльмен.
– А у Финли светлые волосы?
– Да, красивые светлые волосы, густые и вьющиеся. На это особо указывали все, кто его видел.
– Томас!..
Голос Шарлотты дрогнул. Суперинтендант испугался, что сейчас она скажет ему что-то такое, чего он совсем не хотел бы услышать и на что еще меньше хотел бы отвечать.
– Что? – покорно спросил он.
– Эмили полностью уверена, что Финли невиновен. Она знает его сестру… – ответила миссис Питт.
Ее муж молча ждал, что она скажет дальше.
– Она видела его в вечер убийства Ады. Тебе это известно? – Шарлотта, сдвинув брови, тревожно поглядывала на супруга темными, широко открытыми глазами.
– Эмили видела Финли? – недоумевающе переспросил Томас. – Почему же, черт побери, она не сказала мне об этом?!
– Не Эмили… нет. Таллула, сестра Финли, видела его, – быстро поправилась молодая женщина. – Она не могла сказать этого полиции, потому что солгала отцу, где была в тот вечер. – Шарлотта говорила все быстрее. – Это была весьма шумная вечеринка, там много пили и принимали опиум, и все такое прочее. Это было в Челси, на Бофорт-стрит. Таллуле не следовало появляться там. Ее отца хватил бы удар, если бы он узнал об этом.
– Охотно верю, – согласился Питт. – Значит, Таллула видела там брата? Ты уверена в этом?
– Во всяком случае, в этом уверена Эмили. Но Таллула боялась, что ей в полиции не поверят, поскольку она сестра Финли, и, кроме того, она всем уже сказала, что была на вечеринке у леди Шаффэм.
– Но кто-то другой, кроме его сестры, должен был бы видеть там Финли! – воскликнул Томас почти с радостью в голосе. Во всяком случае, он не ошибся в Фитцджеймсе-младшем! – Кто еще там был?
– Вот в том-то и дело. Таллула не знала никого из гостей и даже того, с кем она пришла, тоже едва знала. К тому же Финли был пьян, плохо соображал и даже сам не помнит, что там был.
– Но гости должны были видеть Таллулу! – с нетерпением настаивал Питт. Он даже не заметил, что держит жену за руку.
– Она не знает, кого из них может спросить об этом. Такие вечеринки, как эта, устраиваются в частных домах. Обычно гости расходятся по разным комнатам. Есть ширмы, укромные уголки, густые пальмы в кадках, и все присутствующие немного пьяны… Можно приходить и уходить незамеченным, никому до этого нет дела. Даже хозяин не всегда знает, кто был у него в гостях.
– А откуда ты все это знаешь? – удивился Томас, пытаясь представить себе подобную вечеринку. – Тебе рассказала Эмили? А ей, должно быть, Таллула Фитцджеймс, не так ли?
У Шарлотты вытянулось лицо от разочарования:
– Ты этому веришь, не так ли?
Ее муж покачал головой:
– Не верю. Думаю, все было не так. Я допускаю, что Таллула бывает на подобных вечеринках, да и Финли тоже. Но я не верю, что она видела его на вечеринке в тот вечер, когда была убита Ада Маккинли. Как доказательство его невиновности, это утверждение ничего не стоит.
– Так же подумала и Таллула, однако Эмили удостоверилась в том, что Финли был на вечеринке.
Суперинтенданта все больше одолевало подозрение:
– Зачем ты говоришь мне все это сейчас, Шарлотта? Ты хочешь сказать, что Финли при любых обстоятельствах не может быть виновным? Ты сказала, что Эмили убедилась, что это так? Эмили, но не ты, дорогая?
