– Итак, значит, вы рассматривали странный труп, а в это самое время Ангел храпел в комнате Пенки?
Она кивнула.
– Храпел на весь дом. Мы с Пенкой еле его растолкали, когда уже полиция прибыла и допросила нас. Ясное дело, столь солидного издателя допросили без особого пристрастия, потому как ему нужно было срочно возвращаться в Софию, где они с комиссаром и договорились встретиться для более обстоятельной беседы. Как только Ангел свалил, Пенка тут же закатила глаза и заявила, что у нее ужасно болит голова и она хочет одного – спать. Комиссар покачал головой, но попросил судмедэксперта сделать ей укол успокоительного… Да! Чуть было не забыла: перед тем как ей сделали укол, она попросила Стефана организовать твою встречу в аэропорту. Сказала, что пыталась тебя отговорить, но ты быстренько вышел с сайта. Тут уж я рассказала комиссару о твоих способностях по части раскрытия криминальных тайн. Он сразу нахмурился и решительно заявил, что твоя помощь не понадобится.
Я усмехнулся и, когда Соня уже встала, намереваясь отправиться спать, задал последний интересующий меня вопрос:
– Кстати, а на каком языке вы беседовали с комиссаром Стефаном?
Она бросила на меня слегка недоуменный взгляд.
– На русском. По-болгарски я, пардон, не шпрехаю.
После этого Соня чмокнула меня в лоб и отправилась почивать.
Несмотря на то что комната, которую выделила мне Пенка, была очень симпатичной и уютной, я долго ворочался в кровати, не в силах уснуть. Голова пухла от множества мыслей, беспорядочно перебивающих друг друга, в то время как мои глаза устало закрывались в блаженстве тьмы. Но что-то не давало мне уснуть, словно где-то внутри головы кто-то забыл выключить нужную кнопку.
И все-таки в определенный момент я не уснул – отключился на какое-то время. Это была «черная» отключка – без снов, без каких-либо обрывков мыслей и слов «за кадром», но за пару мгновений до включения моего сознания я всем своим существом вдруг ощутил сильнейшую тревогу. «Всплывая» из сна короткими стремительными рывками в реальность бытия, я ощущал, как бешено колотится мое сердце, и одновременно слышал свое – или чье-то? – шумное дыхание.
Я открыл глаза. В темном пространстве комнаты прямо передо мной темнело нечто еще более темное – черный силуэт со светящимся рисунком летучей мыши в области груди. Представьте, что ощутили бы вы на моем месте!
На несколько секунд я замер, словно бы перестав дышать. И тут же резко вскочил, бросившись вперед, навстречу черному силуэту, который, в свою очередь, сделал непонятное движение, тюкнув меня чем-то тяжелым и твердым по лбу.
Итак, во второй раз в течение первой ночи на болгарской земле я отключился без снов и сновидений, и на этот раз моя отключка длилась немного меньше – считаные минуты. В очередной раз придя в себя, я напрочь забыл о ночном госте, равно как и про тумак на собственном лбу.
Пару минут бессмысленно попялившись в смутно светлеющий потолок, я наконец осознал простой факт: я в Болгарии, в доме доброй подруги Пенки Петковой, где к моему приезду под ореховым деревом любезно объявился таинственный труп. После этого я решительно поднялся, спустив ноги на деревянный пол, накрытый вязаным половичком, и посидел пару минут, прислушиваясь к шелесту деревьев за открытым окном, к отголоску собачьего лая где-то на окраине Дупника.
Тут же в голове поплыли банально-радостные мысли. Во-первых, что ни говори, но мне повезло: я впервые прибыл в солнечную страну Болгарию, и мне тут же, как на блюдечке, преподнесли готовое преступление, да еще какое! Труп в костюме вампира у изножья могучего ореха.
Я на минуту попытался представить себе эту картинку и невольно передернул плечами: жуть! Реальный труп в нереальном оформлении. Словно кадр из некоего мистического фильма. Кто же из обитателей богом забытого городка мог все это сделать?
Я задумался, невольно нахмурившись. Что ж, Соня абсолютно права: единственные подозреваемые во всем этом деле находились здесь же, под крышей дома. Хозяйка – Пенка Петкова, сочинительница на криминальную тему, ее гостья Соня – что ни говори, а художница, на полотнах которой чего только не было, включая и отдельные части человеческого тела, да плюс к ним – софийский издатель по имени Ангел Стоянов, по отзывам Сони, – бес-искуситель и тоже, скорей всего, личность с «творческой жилкой». При определенном настрое каждый из этой троицы вполне мог пофантазировать и по части культурного оформления трупа.
Поразмышляв еще несколько минут, среди претендентов на роль душителя пальму первенства я отдал Ангелу, которого ни разу в жизни не видел. В конце концов, и Пенка, и Соня – мои старые добрые приятельницы, и верится с трудом, что суровая жизнь сделала из них убийц с творческим подходом, а вот этот самый Ангел…
В данный момент моих интереснейших рассуждений откуда-то снизу вдруг раздался четкий звук: словно кто-то опрокинул стул или что-то в том же духе. Я замер, прислушиваясь. Минутная пауза тишины, и тут же – скрип пола, чьи-то осторожные шаги.
