– Мы с твоей мамой дружили. Я была дочерью помощницы по хозяйству в доме вашего деда, и мне часто доставалось от него, очень строгий был мужчина. А с появлением твоей мамы весь дом словно стал добрее. Она своим разговором и юмором любую остроту умела сгладить. Твой папа очень ее любил. Но все было непросто в отношениях. До свадьбы за ней ухаживал еще один человек. Его звали Джафар Алимханов. Да, дочка, тот, что отец Амира.
Аида слушала напряженно, словно натянутая струна. Она чувствовала, как похолодели пальцы и намокли ладони. Сердце бешено колотилось. А Медина перевела дыхание и продолжила:
– Джафар страшно ревновал и яростно добивался руки твоей мамы. Она была очарована силой и широкими жестами. Он заваливал подъездную дорожку цветами и не сдавался даже после нескольких отказов. Как и любую юную девушку, ее цеплял дерзкий и неукротимый нрав жениха, ей были приятны мужское внимание и городские пересуды, какая она неприступная и как вскружила голову парню.
Твоя мама была уверена, что в конце концов отец сдастся и отдаст ее за Джафара. Но судьба решила иначе. Однажды на ужин приехали друзья семьи с сыном. Он был спокойным, вежливым и рассудительным. А на следующее утро объявили о помолвке. Через месяц устроили свадьбу, и твой папа увез молодую жену с собой в Махачкалу. У его фирмы там были проекты, и он не мог оставаться здесь. – Медина подняла глаза на девушку. – У твоей мамы был удивительный навык – принимать жизнь такой, какая она есть. Твой отец был образован и добр, из хорошей семьи, которая приняла невестку. Со временем она полюбила мужа за его нрав и стала довольна выбором родителей. Потом родились дети и все наладилось.
Джафар был в ярости в день помолвки твоих родителей. До самой свадьбы не отходил от наших ворот, пытался украсть твою маму несколько раз, но Аллах уберег. Почти сразу он тоже женился и уехал.
Несколько лет было тихо.
А потом твоя мама уговорила мужа вернуться в Дербент, построить здесь дом с террасой и огромным садом. Она позвала меня помогать по дому. Мы много говорили в то время. Она действительно была счастлива тогда. Но однажды, гуляя с тобой и сыном по набережной, она снова встретились с Алимхановым.
Вернулась вечером домой взволнованная. Рассказала, как с улыбкой он пообещал отнять у нее любимого, как когда-то поступила ее семья. До сих пор помню, как она плакала, все говорила, что он ее никогда не отпустит. На следующий день, чтобы немного ее успокоить, мы пошли в цветочный, знаешь ведь, как она любила все эти саженцы и зелень… – голос Медины дрогнул. Резким движением женщина выдернула салфетку из держателя на столике, вытерла покрасневший нос и продолжила: – Когда возвращались домой, она вроде даже повеселела. Хотя все равно я видела, что тяжелые мысли не отпускают. Осталось пройти всего пару дворов и повернуть за угол, когда она вдруг остановилась и посмотрела мне прямо в глаза: «Медина, я должна рассказать все мужу? Ведь если не скажу, будет хуже! Я так боюсь его ранить. Как же мне быть, дорогая моя? Как же быть?» Потом она быстро пошла вперед, я едва поспевала. Помню только, как мелькнула ее яркая юбка и скрылась за стеной дома…
Оказалось, что Джафар пришел к вашему дому. Твоя мама увидела, как он говорит с ее мужем, испугалась, что бывший ухажер все расскажет не так, как было на самом деле. Я помню визг тормозов и ее крик: «Стой! Не делай этого!». Помню, как мы все втроем подбежали к ней. Твой папа сунул мне в руки телефон и приказал звонить в скорую, а сам упал на колени и пытался помочь. Алимханов недолго постоял рядом и растворился в набежавшей толпе. Аида, я не могла рассказать ничего ни тебе, ни твоему отцу раньше, потому что была уверена, что это принесет только больше горя.
– Ты знала, что из-за этого человека погибла моя мама, и все равно позволила выдать меня за его сына! – Девушка резко встала и нависла над сжавшейся Мединой.
– Дочка, я была уверена, что они будут тебя беречь, ведь он так любил твою маму!
– Да как ты… Поверить не могу! И папа до сих пор думает, что виноват в ее смерти!
– Аида, пожалуйста, послушай…
– Нет! – Девушка выскользнула из-за стола и рванула к выходу, беззвучно, словно привидение, не касаясь пола. Если бы папа только знал! Во всем виноват этот жестокий человек, воспитавший монстра в ее муже! Как она вообще может остаться с ними под одной крышей?
Мурад раздраженно крутил в руке старенький кнопочный телефон. Когда Руслан и Диана вошли в палату, он сразу понял, что произошло. Эти двое выглядели и вели себя слишком сдержанно. Ладно брат, он всегда словно персонаж из книги про хорошие манеры, но тихая Ди пугала.
Уже позже, по дороге домой, они рассказали про покушение. Странное, неумелое и агрессивное. Мурад понимал, кто за этим может стоять, но рассказать Руслану не спешил. И жене запретил болтать. Диана привыкла держать свои дела в тайне, поэтому проблем не возникало. Было забавно слушать размышления брата о покушениях на Ди, зная настоящую причину.