Изабель открывает меню и начинает внимательно изучать его. Лучше не испытывать судьбу. Будем надеяться, думает она, уткнувшись носом в меню, что эта женщина не заметит её, когда выйдет из уборной. Конечно, надо было бы подойти к ней и поздороваться. Хотя бы поздороваться! Но вдруг в самый разгар их приветствий объявится Джозеф? Неловко получится.
Брускетта с помидорами и базиликом, паста «Карбонара», равиоли, пицца — типичное итальянское меню. Всё предсказуемо, как обещания политиков во время выборов. Изабель чувствует, как исчезает её аппетит по мере того, как идёт время. Угасает вместе с её ожиданиями. Пять минут третьего. Он опоздал на целых двадцать минут! Она даст ему ещё пять минут, и на этом точка.
Боковым зрением она видит, как открывается дверь из туалета. Она ещё ниже склоняет голову, моля бога лишь об одном. Только бы эта женщина её не заметила… Увы-увы! К её отчаянию, старуха направляется прямиком к ней. Вот она подходит к столику, и Изабель замирает в ужасе. Боже! А что, если она вдруг предложит отобедать
Начало разговора не обещает ничего хорошего. Изабель, снедаемая страхом, что в любую минуту может объявиться её опаздывающий на свидание кавалер, изо всех сил пытается найти подходящую тему для непритязательной болтовни о том о сём. Обычно это у неё получается легко, но сегодня!
Когда свекровь Дафнии как бы мимоходом сообщает ей о дне рождения Уны, она ляпает откровенную глупость. Спрашивает, собирается ли девочка устраивать вечеринку для своих друзей.
Задаёт вопрос и тут же цепенеет от собственного промаха. Получается, что она начисто забыла о том, какой сегодня день. Годовщина гибели Финна. Судя по резкой ответной реплике его матери, она именно так и подумала.
Совершенно раздавленная собственной глупостью, Изабель бормочет что-то маловразумительное о погоде и о том, что вот, дескать, решила немного согреться с помощью бокала вина.
Изабель растерянно смотрит ей вслед.
Проходит ещё пара минут, и Изабель решительно поднимается из-за столика. Она делает знак официанту, который подавал вино.
— Моё пальто, пожалуйста! И счёт!
Расплачивается и уходит, оставляя на столе почти нетронутый бокал вина. С неё хватит! Пусть сейчас думает, что ему хочется!
Она торопится к машине, и по пути её осеняет страшная мысль. А вдруг Джозеф (или как там его?) тоже здесь, припарковался где-то рядом и сейчас внимательно наблюдает за ней? Вполне возможно, он был и в кафе. Сидел за одним из столиков и с явным удовольствием наблюдал всё это время за тем, как она мучается ожиданием. Как же унизительно всё получилось!
Она подъезжает к кинотеатру с несколькими просмотровыми залами и выбирает себе сеанс с наиболее безобидным кинофильмом из числа тех, что тут демонстрируются. Усаживается в темноте на своё место. Каждое лёгкое движение её головы наполняет воздух ароматом мёда, которым пахнет кондиционер. Сегодня её стилист Деймиан уж точно не поскупился на парфюм!
Она пытается сосредоточиться на кино, но мысли снова и снова возвращаются к сорвавшемуся свиданию. Каково это, когда тебя в пятьдесят девять лет разводит, как последнюю дуру, какой-то прохвост, для которого ты всего лишь Аманда?
Потом мысли её перекочёвывают на дочь. Между ними по-прежнему лежит пропасть.
Ну а ей самой, ей разве легко? Что они все знают о том, каково это жить изо дня в день с человеком, которому на тебя наплевать? Пожалуй, и слезинки не проронит, если она умрёт.
