Мы с Наташкой развлекали третьего оперативника. Собственно говоря, ничего смешного в ситуации не было, но надо же нам было как-то его утешить. Ну что интересного мы могли ему рассказать? С пятницы — на дачах вместе с принявшей предложение погостить Ольгой. Она ухитрилась заболеть и тем продлить срок гостевания. Пришлось смотаться к ней домой — проведать кота, а заодно и за вещами. Сегодня она попросила доставить ее по месту регистрации, попутно заехать на старую фазенду. Отвезли, поплакали вместе над сгоревшим домом. А тут по мобильной связи объявился семейный друг со своей настоящей воблой. Мужья не простят, если не привезем презент. Ну не катить же из-за воблы Андрею, уставшему с дороги, к нам загород? Мы — то отдыхаем, а ему завтра на работу. Договорились встретиться у Ольги. Отъехали за кое-какими покупками — за настоящую воблу следовало накормить Андрея до отвала. Так сказать, отблагодарить. Вернулись, а его уже кто-то за нас «отблагодарил». Другим способом. И это ужасно!
Оперативник мягко старался убедить Чернова, что удар ему нанесла Ольга. И не надо ее выгораживать. Уж очень ему хотелось раскрыть дело по горячим следам. Все объяснимо и для Ольги не очень страшно: не будучи с ним знакома, приняла за грабителя, тем более что он вошел без звонка. Как выяснилось, дверь была открыта.
На этом месте Наташка, всплеснув руками, весьма правдоподобно возмутилась:
— Ирка! Ну не зря же я обвиняла тебя в беспамятстве! Растяпа, блин! Искала неполученный ключ от двери, которую, уходя, из-за этого и забыла закрыть!
— Это, моя дорогая, не моих, а твоих рук дело, — проворчала я, брякая в сумке найденными ключами и делая вид, что это не они. — Мне пришлось первой выскочить на площадку. По твоему же призыву — лифт вызывать. Можно подумать, такси!
Оперативник пресек наши распри коротким: «потом разберетесь». А Чернов скучным голосом поведал, что Ольга ему не мать, не жена и не спонсор, чтобы ее выгораживать. Когда он вошел в слегка приоткрытую дверь, было хорошо слышно, как она воркует со своими домочадцами в глубине квартиры. В основном уговаривала собаку не надрывать глотку лаем. Какому-то Дарику надоест дразнить его со шкафа, он и спрыгнет. А скользящий удар по уху и голове с окончательной остановкой на правом плече он получил сзади. Поздно почувствовал неладное, расслабился на отдыхе. Инстинктивно заподозрил за спиной враждебное присутствие, хотел обернуться, но не успел. Зато успел немного уклониться. Шарахнувшись здоровым плечом о стену, невольно сполз вниз. Кто-то, скорее всего, грабитель, проник в квартиру за короткое время с момента нашего убытия и до его появления. По сути, Чернов преступника спугнул в самый неподходящий момент. Или подходящий? Это смотря с какой стороны смотреть. Но откуда ни смотри, налицо болезненный факт «благодарности», зафиксированный врачом «скорой». Преследовать негодяя не имело смысла — он бесшумно исчез из квартиры и, скорее всего, уже покинул подъезд, заодно сменив имидж.
Дальнейшее мы узнали не только от Чернова, но и от Ольги после ухода оперативников. Первым со своими соболезнованиями к пытавшемуся встать на ноги Чернову прискакал щенок. Повизгивая и подтявкивая, принялся облизывать ему физиономию и руки. С отрывом в пару секунд и с котом на голове прибежала морщившаяся от боли Ольга. Андрей сразу понял, что Дарику уже надоело сидеть на шкафу. В самый неподходящий момент! Отдирать его от себя «с мясом» у Ольги не было желания, а для безболезненного варианта — времени. Правда, кот оказался расторопным. С диким «Ва-а-а-у!», сопровождаемым Ольгиным «Ай-й-й!!!», одним прыжком преодолел двухметровое расстояние до кухни, долбанулся головушкой в витражное стекло, сразу догадался, что дверь закрыта, и метнулся в комнату, где опрокинул горшок с искусственной пальмой — память покойной Олиной мамы. На короткое время Дарик успокоился на соседском балконе, смежном с тем, на котором я не так давно до описываемых событий торчала: Ольга проветривала квартиру и оставила свой балкон открытым. Правда, котяра быстро вернулся.
— Готовый телохранитель вымахал! — восхитилась Наташка, кивнув головой на лохматого невозвращенца и скармливая пострадавшему Чернову остатки с поминального стола. Благо, он об этом не знал. Я оперативно закрыла балконную дверь.
Ласково почесывая за ухом Дарика, которого удалось выманить с соседского балкона — позарился на кусок ветчины, Ольга возразила: на ее теле нет семи шкур. Особо и хранить нечего.
— Ну, положим, ты поскромничала, — окинул оценивающим взглядом Ольгу Чернов.
Наташка возмущенно фыркнула и помянула бедную Дарину — жену Чернова, несчастную уже схожестью своего имени с кличкой сумасшедшего Ольгиного кота. Хотя у них между собой ничего общего! Чернов легко согласился и отвесил Ольге легкий поклон.
— Кстати, весьма признателен за то, что ты не натравила этого мелкого беса на меня. Признаться, терпеть не могу кошек.
— Оставим эту больную для меня тему! — потребовала я. — Лучше объясни, почему соседка, ничего не видя, ничего не слыша, мгновенно слиняла на дачу.
