Она взяла меня под руку, и мы пошли в «Максим». Не помню, какой показывали тогда фильм. Мое внимание целиком было обращено к Верочке Клюге. Я сдержал свое слово: Верочку я не трогал. Лишь нежно целовал ее руки.
А потом я проводил ее до парадной. Она весело помахала мне рукой и скрылась за дверью. Теперь уже навсегда.
Верочкина близость согрела меня. Мне стало спокойней. На троллейбусе доехал я до Тихорецкого проспекта, сел в оставленную мною тачку и поехал обратно.
До Сырковиц доехал быстро и без приключений. Все вспоминал Верочкины теплые ладони. Мне необходимо было выговориться. А Верочка Клюге оказалась тем благодарным слушателем, который был мне нужен. Моя бывшая жена, сама того не зная, опять нравственно поддержала меня, вселив уверенность и твердость.
Снег выпал и в совхозе имени Ленина, но пока я ехал, он почти весь растаял. От шоссе до барака минут пять ходьбы. Я бросил тачку на обочине и скрылся среди спящих уютных домиков небольшой деревушки, которая так славно приютила меня.
Писарев уже спал, не подозревая, что ему опять предстояло решать этой ночью сложнейшую задачу. Речь шла о познании Матрицы. Я много времени думал о Матрице и пришел к выводу, что ее придумала долгая эволюция жизни и Божественное начало, увенчанное сотворением человека. После долгожданной встречи с Верочкой Клюге я вновь был готов к мозговому штурму. И когда передо мной появился светящийся силуэт Сергея, потекла, словно небесная звездная река, наша беседа.
– Ты удивляешься, что я не задавал тебе днем никаких вопросов, так это оттого, что ты стал больно самостоятельным, а потом укатил куда-то.
– Я ездил в Питер. Хотел повидаться со своей бывшей женой.
– Ну и как ты нашел Верочку Клюге? – и откуда Писарев все знает, если такой простой? А он в ответ:
– Я – часть Вселенной. Твой верный помощник. Я также верен тебе, как твое отражение в зеркале. – Выслушав его, мне пришлось выкинуть все свои необоснованные подозрения.
– Ладно, не будем не доверять друг другу. У нас и так мало времени. Слишком мало, чтобы его попусту тратить, – согласился я с Сергеем.
– А ты строй из своих фраз объемные фигуры в поднебесье.
– Я так и делаю. Но от этого тебе не легче. Я исчерпал всего себя. Моя фантазия ничего нового предложить не может.
– Попробуй начать с того, на чем остановился вчера, и ищи новое продолжение.
– А что это даст?
– Увидим. Только не сделай из меня, пожалуйста, отбивную. И запомни: у тебя этой ночью будет сколько угодно попыток и всего лишь три последней ночью.
– Ты меня без ножа зарезал! Я очень рассчитывал на последнюю ночь.
– Ничего не поделаешь. Я оказался значительно уязвимее, чем думал.
– Кто думал?
– Три ночи предложил тебе я. Отбивную котлету ты сделал из меня. Так что, поверь – это мое решение.
– Я хочу сделать Свету счастливой, – мысленно произнес я и снова поразил этой объемной фразой Сергея прямо в сердце. Он застонал во сне. А мысленный голос его продолжал поддерживать меня, не умолкая ни на минуту.
– А разве ты не сделал эту девственницу счастливой? – Тут же начал допытываться Сергей.
– Не знаю. Мы о чувствах совсем не говорили.
– Понимаю. Ты любишь больше действовать, чем говорить.
– Я знаю лишь одно, что она очень помогла мне.
– Так скажи ей об этом. И запомни, подготовить тебя к мозговому штурму могла лишь девственница.
– Даже так. Значит, теперь я должен на ней жениться.
– Ничего у тебя не получиться. Это моя девушка. И свою девственность она отдала тебе с моего согласия.
– Но отчего ты готов пожертвовать ради меня всем? Неужели ты думаешь, что у нас что-то получится с этой задачей?
– Должен сразу поставить тебя на место, – живо заговорил Сергей, – эта жертва сделана не ради тебя. Мы пошли со Светой на эту жертву ради задачи. Я знаю, что ты очень талантлив и многого еще добьешься в жизни. И поверь, этот мозговой штурм был необходим и для тебя, и для нас. В любом исходе мы останемся победителями, хотя бы потому, что подготовим тебя к познанию Матрицы. А теперь за дело!
Меня поразили бойцовские качества Писарева. А благородство этого молодого человека достойно было подражания. Ради познания Вселенской гармонии он подарил мне право первой брачной ночи со своей девушкой, которая, как я знаю, была девственницей. И хотя Света подарила мне свою любовь в лесу на укромной лужайке, это не меняло смысла содеянного ею поступка. Размышляя о благородстве этой молодой пары, я продолжал познавать Матрицу. Только под утро, когда запели первые петухи, Писарев надолго замолчал. А мне показалось, что на кровати Сергея лежит покойник. С этими тревожными мыслями я забылся мертвым сном, позабыв обо всем на свете. Просто не верилось, что бригадиру удалось разбудить меня.
