— Получила рассылку с кадрами вскрытия. Наши уже полностью разбили Мойранскую орбитальную защиту и из одной из разрушенных станций достали несколько тел для изучения. Разослали всем, чтобы "знали врага в лицо".
— Покажи.
Милана достала чудом оставшийся при ней планшет и показала Иэну несколько фотографий разложенных на лабораторных столах тел.
— Хм… Кажется, я слышал что-то про межпланетное сотрудничество… Может они просто охраняли Мойран, потому что здесь я таких точно не встречал.
— Может, ты ещё не всё видел?
— Поверь, я видел достаточно.
— Знаешь, мы сразу после прибытия пошли на контакт… — стала грустно рассказывать девушка, — мы до последнего посылали сигналы и на планету, и станциям. Мы были уверены, что Мойран необитаем, когда отправились сюда. Мы почти безоружны. Планировалось обустроить базу на спутнике и, если понадобится, создавать оружие для зачистки уже там.
— Что значит зачистка?
— Биохимическая бомбардировка. Если бы на Мойране обнаружились опасные для людей бактерии или вирусы, они все были бы уничтожены.
— Блин, почему вам не ответил никто?
— Понятия не имею, но зато они взорвали нашу базу! — голос Миланы приобрел ноты воинственности, — И сразу после стали нападать на корабли.
— Постой, так значит, это всё-таки не вы спутник взорвали?
— Конечно не мы! Я уже говорила!
Иэна одолело любопытство, как же всё было на самом деле, и он, поддавшись внезапному порыву, оставил тело и рванул на место событий.
Автолёт скользнул вниз со скоростью звука. Мойран стал стремительно отдаляться, и вот перед взором мелькают тяжелые слои туч. Вынырнув из этого мутного океана, Иэн устремился к чистому, сияющему звездами, небу.
Вот они, земные корабли, парящие в самых верхних слоях атмосферы. Еще выше уже успели сбиться в кольца и растянуться вдоль экватора осколки Пины.
Прямо на Иэна надвигался огромный кусок искорёженного металла — остатки защищавшего Мойран корабля. Всей своей энергетической составляющей Иэн почувствовал, как корабль проходит сквозь него. Внутри всё ещё мигали какие-то лампочки, искрили провода. И вдруг его затянуло в сеть. Протащило по всем подключенным устройствам и проводам, как по крутым горкам, и вышвырнуло с другой стороны. Сквозь непрерывный треск Иэн услышал приглушенный, и как будто замедленный в несколько раз, зов:
— Иэн! Иэн, мы падаем! А-а-а-а!
— А-а-а-а! — тоже закричал парень, сначала возвращаясь в тело, а потом уже увидев своими глазами, как стремительно автолёт летит вниз и уже сбивает верхушки деревьев. Он еле-еле успел совершить разворот и включить экстренное торможение. Удар о землю всё равно оказался жестким.
Тряхнув головой Иэн посмотрел на Милану. У неё из носа капала кровь.
— Ты в порядке?
— Придурок! Что это было?!
— Прости, — промямлил он, размышляя, что же это всё-таки было, — Похоже, я ненадолго отлучился.
Милана скривилась от услышанной глупости и стала отстегиваться от кресла.
— Где мы?
— Уже рядом.
Девушка еще долго бранила неудавшегося пилота за безответственность, но он совсем её не слушал. Его голова была заполнена пережитым. Неужели, достаточно было просто самому попробовать повторить те фокусы, которые он вытворял, пока Энаш был с ним? Милана права, иногда стоило бы пораскинуть мозгами…
Так что же он там увидел?
— Бхаргхи.
— Что?
— Бхаргхи.
— Ты что несешь? — не выдержала Милана, — Тебе крышу снесло или инсульт в полёте стукнул?
— Так называется раса, охраняющая Мойран. По крайней мере, киарцы их так называют.
— С чего ты это взял?
— Я же говорю, выходил… Милана, представляешь, киарцы до сих пор считают, что это были взаимовыгодные отношения… На самом деле, Мойран — только сырьевой придаток. Пограничники защищали не мойранцев от вторжения, а свои ресурсы от инопланетных посягательств. Бхаргхи не пропускали ваши сигналы на Мойран. И контакт, естественно, им был не нужен.
— Я должна сообщить Михаилу Андреевичу!
— Пусть передаст своим, чтобы не нападали! Защищаются пусть, как могут, но не нападают!
— Хорошо.
Мэт зашёл глубоко в лес. Припасы подходили к концу, силы тоже. Он услышал журчание реки впереди и направился туда, чтобы набрать воды. В шум потока вклинивался какой-то необъяснимый то ли шелест, то ли топот. За густыми зарослями на другом берегу почти ничего не было видно, но звук явно доносился оттуда.
По выступающим над водой камням Мэт переправился на ту сторону. На последнем камне он соскользнул и, падая, больно ударил ногу.
Бесшумно красться больше не получалось.
Пробравшись через плотный кустарник, человек узрел невероятную картину: прямо перед ним неровным строем шагали деревья. Не такие, что встречались здесь на каждом шагу. Более плотные и извитые — их корни (ветви?) плавно изгибались при движении, как ноги какого-нибудь животного. Кора больше напоминала плотную кожу. Листья редкие и очень крупные.
