Кроме шамана здесь живут несколько эонитов — они следят за порядком и сохранностью имущества. В центре дома растет широкое корявое дерево с ветвями, густо покрытыми темно-зелеными листьями. С одной из ветвей каплей свисало яйцо размером с голову. Иэн протянул руку, желая прикоснуться к нему, и тут же получит шлепок другой веткой. Дерево все поёжилось и, вздохнув, отвернулось в другую сторону.
Иэн с недоумением посмотрел на Шамана, а тот громко захохотал:
— Ох, давно мне не было так весело! Ты как дикий, честное слово!
— А что это?
— Не что, а кто! Это Нанк. Я взял его ещё ростком.
— А это?
— Яйцо? Слуги ждут пополнения. Попросились снести его здесь, чтобы не ходить на общее гнездовище.
Иэн бродил по коридорам и комнатам, то и дело приговаривая:
— О, я такие уже видел! И это! Правда, только на фото. А такую книгу я переводил.
— Что-то я сомневаюсь. Большинство из этих вещей были сделаны в единственном экземпляре. Кое-какие книги могли тебе встретиться, но в основном это рукописи.
— Я как будто попал в свою лабораторию. К нам привозили артефакты со всех уголков планеты, но самая легендарная находка была обнаружена при раскопках у Панайских гор. Теперь я, кажется, понимаю, где нахожусь.
— Ты хочешь сказать, что в будущем вы разорите мой дом?
— Твой дом будет похоронен на сотни тысяч лет.
— Сколько лет этой вещице, по-твоему? — Энаш передал Иэну глиняную табличку с древними письменами.
— Насчет этой — не знаю, — парень положил её на место и покопался на рядом стоящих стеллажах, — а эту я точно видел. Палеомагнитный анализ показал, что ей приблизительно четыреста десять — четыреста тридцать тысяч лет.
— Хм… — Шаман прищурился, глядя на табличку, — сейчас ей двести пятьдесят две тысячи лет. Значит… между нами примерно сто семьдесят тысяч лет? Когда произошел этот ваш взрыв?
— Теперь я не уверен в возрасте этих табличек, потому что взрыв был не менее двухсот тысяч лет назад.
Шаман нервно заметался из стороны в сторону:
— Так… Так-так-так. И неужели в своём мире вы ни разу не встретили меня?
— Ты ведь давно уже умер.
— Язык тебе оторвать за такие слова! Боги не умирают!
Иэн усмехнулся:
— Ты? Что-то ты мало похож на бога.
— Я ведь сказал, что немного заигрался.
Энаш уныло побрел к жилым комнатам.
— Янин, скажи всем, что на сегодня все свободны и должны уйти.
— Да, господин.
Безропотные слуги один за другим стали покидать дом.
Энаш сел в кресло у камина. Иэн устроился рядом и приготовился слушать длинную историю.
Энаш долго молчал, потом посмотрел на Иэна и тихонько заговорил:
— Знаешь, ты на него чем-то похож. На моего человека.
Когда-то я был всего-навсего одним из опытных образцов. Глупые людишки хотели сделать себя совершенными, вживив в свои тела универсальных помощников. Это информационно-энергетические существа, в задачу которых входила не только охрана здоровья человеческого организма, но и связь с единым информационным полем.
Такое существо не могло функционировать автономно, только в симбиозе с человеком.
Тогда на законодательном уровне было запрещено проводить эксперименты на людях. На живых людях. У одной молодой пары (из тех фанатиков, которые этим занимались) родилась двойня. Один из мальчиков умер сразу после рождения, и родители решили пожертвовать его тело во благо науки.
В этот день мы и встретились. Я подарил ему жизнь, а он со временем подарил мне меня. Учёные безуспешно искали в ребёнке следы моего присутствия и, решив, что эксперимент провалился (образец NH — Эн Аш исчерпал свой ресурс, вернув к жизни младенца), направили дальнейшие разработки в другое русло.
Мальчик оказался невероятно смышлён и силён духом. Он в рамках разумного пользовался возможностями, которые я открывал для него, а для меня предлагал всё новые пути развития.
Он никогда не считал нас одним целым и относился ко мне как к отдельной личности.
И вот однажды он отпустил меня.
Я ушёл. Познавал Жизнь, испытывал себя. Я понял, что могу всё.
При нашей следующей встрече Он предложил мне создать свой собственный мир. Найти пустую, но пригодную для жизни планету и заняться, так сказать, творчеством.
Я вложил в Мойран всего себя, но понимаешь, чтобы стать богом в полном смысле этого слова, нужно в своём мире раствориться полностью, а немалая моя часть осталась в том мальчике.
Он стойко принял весть о том, что я собираюсь забрать у него свою Искру, осколок меня. И он умер, чтобы жил Мойран.
Я думаю, оно того стоило. Уже прошло полтора миллиарда лет после того, как я попал сюда. Время быстро летит. Даже не представляю, что сейчас происходит на Земле.
Иногда я отделяюсь от своего мира и проживаю какую-нибудь жизнь от начала до конца. Вот сейчас я Шаман. Мудрый, могущественный, почитаемый…
Энаш усмехнулся и откинулся в кресле, закрыв глаза.
— Они идут, да? — спросил Иэн.
Энаш снова растворился и появился через несколько минут:
— Идут. Скоро начнется война.
