– Ты себя в этих троих включаешь? – Гундольф с подозрением посмотрел на пропитанную кровью повязку на боку полуэльфа.
– Нет, меня всего лишь поцарапали, просто место неудачное, вот крови и много, – тот поморщился. – А у тебя как?
– Потери – восемь человек, раненых пятеро. Уничтожили, похоже, весь отправленный за нами в подземелье отряд. А вы просто ушли?
– Нет, конечно. Грохот от оставленной нами засады был знатный, сомневаюсь, что там кто-нибудь выжил, – нехорошо усмехнулся Мантикора.
– Это радует. Ты не знаешь, что случилось с Арной и остальными?
– Только в общих чертах. Они попали в какую-то ловушку и взяты в плен, но смерть им в ближайшее время не угрожает.
– Хоть что-то… – рыцарь поморщился. – Надо решать, что будем делать теперь.
– Для начала надо заняться обороной деревни. Разъяренные солдаты Птицы не заставят себя слишком долго ждать, поверь. А раз Змея здесь нет, то командовать одному из нас двоих. И сдается, что этим кем-то буду отнюдь не я.
Гундольф смерил собеседника подозрительным взглядом.
– Ты предлагаешь мне возглавить этих людей? – недоверчиво спросил он.
– Именно. Других кандидатур все равно нет, потому что я не справлюсь. У тебя же, как у рыцаря ордена Грифона, опыт управления есть, в отличие от меня.
Фон Кильге не нашел, что возразить.
Следующие двое суток прошли в напряженных работах – Гундольф готовил людей к обороне деревни. В кузнице несколько человек были заняты изготовлением топоров и мечей, и наконечников для стрел, двое подмастерьев срочно плели кольчуги, плотники строгали рукояти для топоров и древки стрел, дети приклеивали оперение… Всех, не занятых на изготовлении оружия, рыцарь поделил на две неравные группы и, отдав большую в подчинение Мантикоре, решившему реализовать какую-то идею, сам с меньшей занялся подготовкой укрытий для детей, стариков, и раненых.
Работа кипела, и никто не задумывался о том, что будет дальше, когда они отобьют первую волну атаки – а в том, что они ее отобьют, никто ни на секунду не смел усомниться. Но вот что потом?.. Пока что Гундольф предпочел не задаваться особо этим вопросом, а Талеанис и вовсе с усмешкой сказал:
– Не вижу смысла планировать дальше первого штурма. Вот переживем его – а там посмотрим.
– Главное – пережить? – хмыкнул Грифон. Полуэльф улыбнулся.
– Главное – жить. Поживем – увидим, доживем – узнаем, выживем – учтем.
От Арны, Орогрима и Эстиса не было никаких вестей все это время.
Прийти в себя от дикой головной боли было не самой лучшей идеей организма, – с сарказмом, присущим, скорее, Змею, подумала Арна, с величайшим трудом заставляя себя пошевелиться.
– Здесь кто-нибудь есть? – чуть слышно спросила Танаа, ощупывая свободной рукой гладкие каменные плиты, на которых она, собственно, и лежала.
– Наконец-то, – облегченно выдохнул Эстис шагах в четырех от девушки. – Орогрим, вставай – она пришла в себя.
– Что? Где? Арна! – сонно пробормотал зеленокожий и тут же вскочил. Могучие лапищи орка сгребли ее в объятия, едва не задушив.
– Грим, ты мне сейчас все ребра переломаешь – простонала Танаа, пытаясь вдохнуть. – Где мы? Сколько времени я спала?
– Мы в казематах моего родного замка, – отозвался граф. – Сколько мы тут, я сказать не могу, но Орогрим, очнувшийся первым, говорит, что я пришел в себя часа через два после него. А с тех пор прошло что-то около полутора суток.
– Понятно… Что-нибудь происходило?
– Нет, если не считать того, что не происходило вообще ничего. Нам даже есть не давали, благо вода здесь от природы есть.
Прислушавшись, Арна и правда различила тихий шелест стекающего по шершавому камню ручейка.
– Уже неплохо. Думаете, Птица хочет уморить нас голодом?
– Вряд ли. Он не тот человек. Скорее, он уверен в том, что мы не умрем от голода до того, как он придумает, что же с нами делать, – усмехнулся Змей, поднимаясь на ноги.
– Эстис, отсюда можно как-нибудь выбраться? – без особой надежды спросила Танаа, осторожно садясь – голова раскалывалась.
– Нет. По крайней мере, мне подобный способ неизвестен. Построено здесь все на совесть, никаких подземных ходов и тайных лазов нет, двери прочные, а засовы снаружи – тяжелые. Так что остается только ждать, когда представится благоприятная ситуация для побега. – Граф развел руками.
Танаа встала, обошла камеру по периметру, ощупывая стены.
Ничего.
– Будем ждать, – проговорила она, опускаясь на пол подле Орогрима и устраиваясь в его объятиях.
Из тревожного полузабытья измученного Талеаниса вырвал крик часового на сторожевой вышке, которую наскоро соорудили по настоянию Гундольфа.
– Всадники на холме!
Мантикора вскочил, быстро натянул сапоги и набросил перевязь с мечом. Пристегнул за спиной колчан стрел, подхватил лук и вышел из сторожки к воротам.
На помосте вдоль стены уже выстроились лучники, внизу Гундольф раздавал последние указания тем, кому придется сразу идти в рукопашную. Увидев полуэльфа, он бросил капитанам небольших отрядов еще несколько фраз и подошел к соратнику.
– На вершине соседнего холма – около полутора сотен всадников, – пояснил он. – Мчатся сюда, так что скоро проверим, насколько полезна была твоя идея.
