— С чего это вдруг ты стала такой доброй, интересно?
— Потому что было предначертано, что мои мужья умрут, если я не исполню свою миссию.
— Они и так умрут. Один раз я их уже ранил ледяными стрелами, но кто-то очень добренький их спас. Не знаешь, кто это, крошка? Ты их так любишь, потому что нравится заниматься любовью одновременно с двумя? Я заменю тебе целый десяток, только будь моей!
— Ты узко мыслишь и думаешь только о себе. Подумай о других своих собратьях, которые страдают и уже не мечтают быть счастливыми со своей истинной.
— У нас каждый сам за себя. Кто сильнее, тот и прав. Сейчас я сильнее, а ты глупая самка в розовых очках, верящая во всякую ерунду.
И он дёрнул меня на себя, сорвав с моей руки золотую саламандру и кинув ее далеко в угол.
— Приблизишься, ущербная, утоплю тебя в ведре! — зло кинул саламандре и потащил меня по корридору.
Я исхитрилась, извернулась, вскинула руку и сказала:
— Благословляю тебя найти твою истинную, любить и быть любимым!
Золотые звёздочки посыпались на Скайдара, он засмеялся и сказал:
— Ты опоздала, детка. Все уже произошло! Где же ты раньше была? А, да, я забыл. Развлекалась в постели с двумя мужиками.
Он тащил меня по корридору к выходу из дворца. Я поняла это по тому, как воздух становился более холодным и в корридорах постепенно становилось менее роскошно.
Встретив по дороге удивлённо рассматривающего нас дракона, я крикнула ему:
— Найдите Верховного! Скажите, что меня украли и забирают силой!
Тут же в этого дракона полетела ледяная стрела и он упал.
Скайдар склонился к моему уху и прошептал:
— Желает ли добрая фея попросить помощи ещё у кого-нибудь?
Я обессиленно опустила голову и пошла за свои похитителем.
По пути нам попадались ледяные драконы, но я, помня о судьбе первого, у которого я попросила помощи, молчала. При каждом очередном встреченном ледяном, Скайдар смотрел на меня прищуренным злым взглядом и довольно ухмылялся, когда я молча проходила мимо.
Наконец пещера резко оборвалась, заканчиваясь бездонной пропастью. Скайдар превратился в дракона, схватил меня лапами и понес, не заботясь, удобно ли мне, холодно ли мне? А мне было обидно, холодно и неудобно. В глубине души теплилась надежда, что меня, может быть, кто-то спасёт, но и она медленно гасла, когда я смотрела на бескрайние пропасти и бескрайние горы. Кто меня тут найдет?
Наконец меня принесли в пещеру. Я думала, что будет легче, но меня за талию приковали цепью к каменной стене пещеры и связали руки. Возле стены стояла кровать и на ней лежали матрас, подушка и толстая шкура. Я сразу же на нее залезла и спряталась под шкуру.
— Замерзла? — ухмыльнулся Скайдар. — Сейчас согрею.
И выругался.
— Бездна, меня вызывает Верховный. Придется полететь к нему и сказать, что понятия не имею, где ты и что стрел ледяных у меня тоже нет.
И он швырнул пучек со стрелами и тонкий лук в угол.
— Кстати, магия здесь не действует. Можешь сколько хочешь представлять себя свободной. Мы над магическим разломом, вся магия там.
Затем обернулся белым драконом и улетел.
А я опять разревелась. Потом подумала — чего добру пропадать и стала плакать над ледяными стрелами. Те исчезли и я приободрилась, все-таки маленькая победа.
Под завывание ветра я заснула, но меня разбудил гриф. Он залетел в пещеру и стал по ней разгуливать, трогая клювом вещи. Наконец он ткнул клювом шкуру, в которую я была закутана и я проснулась. Уже был вечер и на улице шел дождь. Было холодно, сыро и очень неуютно. Прогнав грифа, я встала и осмотрелась. На маленьком столике в углу лежало вяленое мясо и сырые овощи. Я немного поела, грустно думая о том, что когда-то явится мой мучитель и о том, что миссию мне выполнить не удастся, если меня будут держать здесь.
Если бы не было этой цепи вокруг талии, я бы обернулась драконом и улетела. Но и долго летать я ещё не умею, так что самой мне не выбраться. Бабушка говорила, оружие женщины — хитрость и дипломатия. Какая уж тут хитрость, когда ты в пещере в горах, где нет ни человека, ни дракона.
Целую ночь шел дождь и я радовалась тому, что я одна. Меня одолевали тревожные мысли и я думала о том, что Скайдар грозился быть со мной жестоким. Может, решил заморозить и заморить голодом? Пещера заканчивалась бездной и далеко внизу переливалось и блестело что-то ярко-золотое. Может, это тот самый разлом, через который в наш мир проникает магия? А что толку, здесь ее все равно нет. Я пробовала избавиться от оков, мысленно их срывая, но бесполезно.
Следующий день я тоже провела одна, доев всю еду, которая была мне оставлена. Несколько раз прогоняла надоедливого грифа, пытающегося пригреться на моей кровати и поклевать остатки еды. Наконец, поняв, что ему тут ничего не светит, птица улетела. Вторая ночь тоже была холодной, ветреной и дождливой. Вместе с дождем шел снег и холодные капли дождя и снежинки иногда долетали до меня. Я чувствовала, что замерзла, хотелось есть и пить. Хоть бы не заболеть, я уже опасалась, что тут и умру.
На утро третьего дня моего пребывания в холодной пещере я услышала хлопанье огромных крыльев и в пещеру зашёл Скайдар.
