Как порой сложно юной неопытной девушке разобраться в своих чувствах. Высокий, стройный и статный Игорь Касинский, в светлых брюках и тёмной рубашке, цвета горький шоколад и коренастый накаченый Владимир Бизин, в светлой рубашке и серых брюках во всем были противоположны. Оба красивые, но по разному. Игорь с правильными чертами породистого лица. Высокие скулы, волевой подбородок, прямой узкий нос и янтарные глаза в обрамлении тёмных длинных ресниц. Его внешность напоминала молодого Джони Деппа. Длинная черная челка, квадратная челюсть, маленький аккуратный рот с красивыми пухлыми губами. Не мужик — рекламная картинка из журнала. В противовес такой тонкой и аристокоатичной внешности, Бизин и правда напоминал животное, которому был обязан своим прозвищем. Среднего роста, с широченными плечами и грудной клеткой, мощным торсом и такими же крепкими ногами. Широкая шея перетекала в круглую коротко стриженную голову. Яркие голубые глаза под белесыми ресницами выделялись на смуглом лице поросшим светлой щетиной. Распахнутый взгляд, широкая простодушная улыбка, небольшой курносый нос делали его черты простыми и напоминали о чисто словянском происхождении. Так могли выглядеть богатыри из центральной и северной частей России. Эдакий Алёша Попович украшенный многочисленными татуировками.
Маша.
— Манюнь! Вставай, нам выезжать скоро.
Павел Петрович в третий раз открывал дверь в комнату дочери.
— ну пааа! — тянула из под одеяла студентка 5 курса медицинского института.
— Маха! Ну как быстро! Экзамены скоро.
Девчонке пришлось подняться и нехотя пойти в душ.
Прохладные струи бодрили, но ехать в ненавистный универ совсем не хотелось.
— я в машине жду, — послышался голос отца из коридора.
Родители давно развелись и заботы о весёлой хохотушке Машеньке легли на плечи молодого папы и бабушек. Мама Маши, Людмила, быстро нашла новую любовь и отправилась за мужем в Карелию. Звонила не часто, приезжала и того реже. Правда девчонку это ни капли не беспокоило. Она привыкла быть самостоятельной. В семье ведь все работали. Потомственные врачи трепетно относились к репутации фамилии. Бабушка заведующая городской центральной больницей в одном из городов саттелитов, тётка чиновника в сфере здравоохранения, отец хозяин сети клиник.
Машу тоже с детства готовили к врачебной карьере, но она быстро поняла, что это не её.
Папа смирился, но все же настоял, чтобы дочь закончила медицинский.
Оставалось совсем немного.
Гос экзамен и диплом.
Павел Петрович обещал подарить дочери машину по случаю окончания ВУЗа. И Маша очень этого ждала, ведь заветные права уже полгода лежали в сумочке.
Правда было и ещё одно, незначительное, условие. Помогать летом в новом реабилитационном центре, который недавно открыли отец с приятелем.
3 гектара в подмосковной глуши. Почти 100 км от города. Лес, бассейн, уличные и крытые спортивные площадки и два корпуса с палатками, больше походящие на неплохой отель.
Основным направлением выбрали травмотологию.
Тут лечились и проходили реабилитацию после травм спортсмены, военные, госслужащие и бизнесмены средней руки.
Были и просто постоянные пациенты, которые приезжали отдохнуть и поправить здоровье.
Девушка иногда приезжала с отцом или тётей, но обычно просто слонялась по территории без дела.
*****
— Стрелкова! Ты где ходишь? Марш в деканат!
— бегу Любовь Николаевна, — пролепетала девушка и ехидно пробурчала себе под нос, скрываясь за улом, — бегу и волосы назад.
Всё. Всё сдала, защитила, пус0ть кое как, на тройти и четвёрки, но ей и этого достаточно.
У Марии Павловны Стрелковой была мечта. Она страстно обожала рисовать с самого раннего детства и хотела стать тату мастером.
Павел Петрович не одобрял, а вот строгая бабушка, как ни странно внучку поддержала и даже в шутку говорила, что будет первой Машкиной клиенткой.
На следующий день после бурного отмечания долгожданных дипломов Манюня, как звал её папа, тряслась на ухабах проселочной дороги. Джип медленно катил их с родными в реацентр "Стрелы".
Оставшуюся часть лета придётся жить тут, в служебном корпусе, в соседней с отцом комнате.
Владимир.
— Биз! Здорова брат! Как оно? Здоровенный детина, известный хирург со смешной фамилией и, к тому же, старинный друг хозяина центра, Виталий Колечко, быстро пересёк зал и с силой медведя вдарил по плечу.
— и тебе здравствуй Виталик, — от саднящей боли пришлось поморщица, перенести вес тела на другой бок и только потом неуклюже подняться с лавки.
— ты че Вова? Лапку потянул? — глаза врача плотоядно блеснули, — дай гляну!
— иди ты! Сейчас пройдёт.
Володя отлично знал, что не пройдёт. Раствор сильного обезболивающего притуплял боль на несколько часов, но она продолжала сковывать движения.
— э нет! Я тебя отвезу к Стрелкову, он одном глазком посмотрит и все на место поставит. Вот такой мужик! — перед носом появился огромный кулак с задраным большим пальцем.
— говорю же пройдёт.
Боль, появившаяся после неудачной травмы, пару дней назад, нарастала и мешала ни только тренироваться, но и спать, работать и наслаждаться новой любовницей. Всё в купе жутко бесило, а так как выпустить пар ни одним из любимых способов не получалось, бывший чемпион, а ныне хозяин зожных фитнес центров Бизин Владимир Алексеевич был в очень плохом расположении духа.
— ладно. Позвони мне как совсем невмоготу станет. — легко бросил мужчина и пошёл в душевую.
Совсем плохо стало через три дня. Володя проснулся ночью в холодном поту от страшной, резкой боли и не смог встать. От громкого воя подскачила и Оля, мирно посапывающая рядом.
— что случилось котик?
— плечо, — тихо взвыл Бизин, — принеси лекарство.
Но в этот раз препарат почти ничего не дал. Тогда пришлось звонить Виталику.
Уже через пару часов специально для него открыли клинику на маяковской и удивительно бодрый мужик, чуть старше самого Володи, начал осмотривать и нещадно щупать горящее в огонии адских мук тело.
Бизин скрежетал зубами, кусал ладонь на здоровой руке и тихонько выл, когда держаться уж совсем не получалось.
— Чтож, мне все понятно. Я бы предложил вам оставить дела и на ближайшие две недели отправится на лечение.
— нет у меня столько времени, — угрюмо рычал крепкий спортивный пациент.
— ищите, — безразлично ответил врач, — или отправитесь под нож Виталия Николаевича, но уже без шансов восстановить функции руки в полной мере.
