Молодой оперуполномоченный уголовного розыска с юмором рассказывает о тонкостях милицейской работы.
ДВА ОТГУЛА.
Как-то вечером, перед самым концом работы, меня вызвал к себе начальник управления уголовного розыска, где я трудился сочиняя дутые показатели и липовые справки, и сказал:
– Надо посидеть подсадным на одной квартире. Есть информация, что туда сегодня грабители нагрянут.
– Товарищ полковник, – взмолился я, – рабочий день же кончается.
– Не боись, посидишь до девяти вечера и поедешь домой. Потом день отдохнёшь.
– А можно два? – Обрадовался я халявному отгулу, – я и до десяти посижу?
Рабочий день завершался, и начальник был по обычаю подшофе, а в этом состоянии он бы сама доброта.
– Ладно, возьми два.
Через час с небольшим я прохаживался по комнате в квартире на Колком проспекте и разглядывал меблировку. В другой комнате засели пятеро СОБРовцев, одетые в бронежилеты и каски. Они, в ожидании гостей ласково протирали вороненые стволы автоматов и угрюмо глядели в сторону входной двери. Ещё пять бойцов застыли этажом выше. В соседнем дворе стоял автобус с вооружённым до зубов взводом ОМОНа. Техники утыкали всю квартиру и подъезд аппаратурой.
Я много раз бывал в подобных ситуациях и ещё ни разу нам ничего не удавалось. На девяносто процентов я и сейчас был уверен, что ничего не произойдёт. Все, немного посидев разъедутся по домам, а я ещё получу два отгула. Но всё же были десять процентов сомнений.
По дороге к дому, у налётчиков лопнуло колесо, и пока они ремонтировали его на ближайшей шиномонтажке, у одного из бандитов, который возился с домкратом, случайно выпал из кармана пистолет. Пистолет был газовый, но выглядел как настоящий. Это заметил бдительный шиномонтажник и после того, как братва уехала, не преминул сообщить по «02» о своём наблюдении.
Дежурный по райотделу, которому из-за секретности ничего не сообщили о проводимой операции, выслал дежурную машину, догнавшую грабителей у подъезда, где их ждала засада. Все, кто сидел в засаде смогли стать свидетелями картины: когда столь долгожданные «гости» остановились у нужного подъезда, а к ним сзади подскочил патрульный уазик местного райотдела и плохо выспавшийся помощник дежурного в помятой форме стал обыскивать самого здорового бандита. Найдя у него пистолет, он приказал всем четверым загрузиться в «стакан» (1) и укатил. Все сидевшие в засаде недоумённо переглянулись между собой.
В кабинете, крутя на указательном пальце изъятый пистолет, сидел чуть подвыпивший дежурный опер и вёл профессиональный допрос задержанных:
– Какого хрена со стволом раскатываем? Отвечать, уроды?
За всех отвечал тот, у которого был обнаружен пистолет:
– На танцы ехали, а пистолет не мой, его мне ваш дежурный подсунул, чтобы «палку срубить» (2).
– Кого ты лечишь, придурок, – оперу было плохо, он собирался опохмелиться, но ему привезли этих четырёх, поэтому вместо поллитры, он был вынужден общаться сними. В этот момент дверь кабинета открыл дежурный по райотделу и, вызвав, опера в коридор сказал, что ему только, что звонили из областного управления и передали, что этих бандюков ждали в засаде у того подъезда, откуда их привезли. Ситуация приняла нехороший оборот, получалось, что сорвали операцию областному управлению, что-то надо было предпринимать, но не придумав ничего лучше, бандитов погрузили в «стакан» и отвезли туда, откуда забрали. Опер рассыпался в извинениях, сел в машину и собирался уже было отъехать, как, что-то вспомнив, снова выскочил из машины и со словами: «Ах, да, пардон, чуть не забыл», сунул в руки налётчику его пистолет, после чего впрыгнул в уазик и поехал опохмеляться.
Не ожидавшие такого вежливого обхождения бандиты переглянулись между собой и тот, который держал в руке пистолет, изрёк:
– Видал! Даже мусора уважают! На дело сами подвезли!
Все громко заржали. Отсмеявшись, один из них сел в машину, оставленную у подъезда и завёл мотор, остальные вошли в лифт. Все насторожились. Я, обречённо, опустился в кресло. Я не знал, как поведут себя бандиты, но ничего хорошего не ожидал. По долгу службы, мне не один раз приходилось допрашивать людей пострадавших от рук грабителей и сейчас я отчётливо вспоминал лицо одного гражданина, неосторожно открывшего дверь своей квартиры, польстившись на денежный перевод, который ему якобы принесли в два часа ночи. Вместо лица у этого гражданина было какое-то очень не эстетичное месиво. Он два часа мне рассказывал в подробностях, как его пинали «почтальоны», особенно почему врезалось в память то, как гражданин описывал паяльник, который бандиты сунули в его задний проход, и демонстрируя перед глазами шнур, обещали вставить его в розетку, если потерпевший по доброй воле не отдаст им деньги.
