– Т–ты что голая? – совсем не мужественно взвизгиваю, ощущая прикосновение чужого тела.
А все потому, что мне страшно стало. Мало того, что запрыгнула, так еще и без одежды.
– Конечно, милый, – мурлычет она, – все для тебя. Сколько можно ждать, я замуж хочу, а отец все против.
Она продолжает наседать, а я делаю очень странный для взрослого парня поступок. Грубо отпихиваю ее и начинаю истошно кричать и звать на помощь.
– Папа! Папа! Иди сюда скорее! Твоя Настя с ума сошла! Я не хочу оказаться виновным в глазах твоего бизнес–партнера. Папа! – рявкаю под конец, так как он не спешит идти.
– Ну чего тебе, сын, я спал, – является–таки. – Общаетесь с Настей, дело молодое, я тут причем. Ее отец будет рад. Свадебку сыграете, отдыхать поедете. К чему мне срам показывать? – он демонстративно прикрывает глаза ладонью.
– Ой, дядя Саша, – кокетничает Настасья, – а Димочка тут не сдержался немного, – халат хотя бы запахивает, и на том спасибо, – набросился на меня с поцелуями. Вы не думайте, я не такая, я до свадьбы подожду.
– Ваше дело, дочка, – отвечает ей отец.
«Дочка», «дядя Саша» – я попал в сюрреалистический мир? В параллельную вселенную? И какого лешего меня в ней держат за пустое место?!
– Да какая к черту свадьба! За пасынка своего ее замуж выдавай! Или сам женись, раз у вас столь теплые отношения, – натурально взрываюсь.
– Сын, ты зарываешься, – в голосе отца появляются стальные нотки.
– Нет, отец, это ты зарываешься. Приехал в гости, подстилку под меня подкладываешь.
– Да как ты смеешь?! Я честная девушка! – тут же возмущается Настя.
– Честные девушки сидят дома, а не едут к незнакомому парню и уж точно не проникают к нему в комнату голой! Захотелось замуж, так иди и сама ищи себе возлюбленного!
– Если бы мне давали так поступить, – неожиданно нормальным голосом произносит Настя.
– А ты не спрашивай. Ладно, иди уже к себе, поспи хоть немного. Завтра отправлю тебя домой, если надо, могу купить билет, – внезапно проникаюсь к ней сочувствием.
Настасья удрученно кивает и делает шаг к выходу, но тут подает голос отец. И зачем я его позвал? Теперь только мешать будет.
– Какой билет? Какой домой? Я привез девочку, я за нее отвечаю, – бухтит он. – Завтра кольца вам купим, помолвку отметим в ресторане. Не волнуйся, сын, папка все организует и оплатит, если ты о финансах беспокоишься. Настенька, конечно, тоненьким колечком не ограничится, ей статусное украшение нужно.
Настя замирает на полпути к выходу, затравлено переводя взгляд с моего отца на меня и обратно. А мне что–то так обидно становится от папиных рассуждений о кольцах.
– Да что ты вообще знаешь о ювелирных украшениях? О том, как они должны выбираться? Ведь важно на душу смотреть, а не на ценник, – произношу горько.
– Уж побольше твоего знаю. Твоей Виктории тоже я булыжник подбирал, помнится.
– Да потому что она была твоей, а не моей. Я–то как раз своей любимой супруге сам купил кольцо, исходя из ее чистой души, а не твоих глупых рассуждений о пустых оболочках. И ресторан оплатил, и букет правильный приобрел. Я сам, папа, справился с организацией и проведением своей второй и последней свадьбы! – раскрываю руки. – Сам, представляешь! Глава 64
Тут на миг в квартире наступает тишина. Долгожданная, я бы сказал. Даже тиканье часов в прихожей отчетливо слышно. Были бы мухи не в спячке, и их бы полет услышали. Но мой отец приходит в себя раньше, чем успевают пробудиться насекомые. А жаль.
– Что ты только что сказал? – медленно произносит папа. – Вторая и последняя свадьба? Ты успел жениться, что ли?
– Браво, отец, – демонстративно хлопаю в ладоши, – не зря ты занимаешь высокие позиции в бизнесе, с логикой у тебя полный порядок!
– Ты женат? – подает голос Настя, я бы сказал, очень удивленная Настя. – А чего тогда меня сюда отправили, – справедливо недоумевает она, – лучше бы и вправду дома посидела.
– Не лучше, Настюха, совсем не лучше, – качаю головой, – как бы ты тогда узнала, что и с нашими родителями можно самому свою судьбу строить. Ведь про мою женитьбу мой отец узнал только что, и ты так сможешь, главное, не бояться зарабатывать своей головой, а не тратить папкину кредитку.
– Ты заканчивай девчонке голову морочить, пусть идет к себе в комнату. А мы с тобой поговорим, – угрожающе произносит отец.
– Нет, я не пойду, мне любопытно. Папа будет спрашивать подробности, что случилось и так далее, – проявляет Настя упрямство и возвращается обратно на диван.
– Анастасия! – рявкает папа.
– Чего вы на меня кричите? Я вам не жена и не родственница, на меня родной отец голос не повышает, – говорит она обиженно. – Я ведь могу ему пожаловаться на вас.
А она не теряется, не такая забитая овечка, какой иногда себя выставляет.
– Ладно, сиди, – отвечает папа, с трудом сдерживаясь, – все равно я не смогу за два дня развести своего оболтуса.
– Я не твой оболтус, отец. Я взрослый мужчина, который отделился от родителя, это нормально. И уж точно никто тебе не даст меня разводить. Не везде твои связи решают все. Расслабься и прими, как данность мою абсолютно независимую от тебя жизнь, – произношу холодно.