— Бывает и так, — согласился Бакрадзе. — На озере Червонном мы полмесяца напрасно жгли костры. Но тогда подводила погода. Зарядили снежные бураны. Летом совсем другое дело. Редко когда получаются срывы.
— К сожалению, мы этим похвастаться не можем, — проговорил кто-то из белорусских партизан.
Ночь подходила к середине, когда с юго-востока послышался гул самолета. Бакрадзе подал команду: «Приготовиться!» Гул моторов нарастал.
— Вижу, летит! — закричал Боголюбов, указывая в сторону плавно скользящего по небу огонька.
Огромные языки пламени взметнулись вверх. Саша выпустил сигнальные ракеты. Вибрирующий звук моторов нарастал. Красный и зеленый огоньки появились над макушками деревьев. Ударили сильные лучи прожекторов, осветили ветки и стволы поваленных деревьев, а затем заскользили по гладкой поверхности площадки. Самолет коснулся колесами земли и покатился по освещенной полосе. Не дошел метров сто до леса, остановился у последнего костра, выключил прожектор, развернулся в обратном направлении и заглушил моторы. Открылась дверца, и в проеме появился летчик в комбинезоне.
— Привет ковпаковцам! — крикнул он, а когда прикрепили стремянку, соскочил на землю и предупредил: — Поторапливайтесь, через несколько минут прилетит второй…
Это был командир корабля Михайлов. Вслед за ним из самолета вышел второй пилот Володя Полевода — старый друг партизан.
На аэродроме все пришло в движение. Ящики с патронами, взрывчаткой, снарядами, мешки с одеждой, солью, махоркой, газетами, письмами… Все это партизаны быстро выгружали с самолета и укладывали на повозки. Загруженные повозки отводили в лес, а их место занимали свободные…
— Давайте раненых! — приказал Бакрадзе врачу Мирославу Зиме..
К самолету потянулась вереница носилок с тяжелоранеными. Послышались торопливые слова прощания, наказы быстрее выздоравливать, просьбы не забывать. Некоторые не выдержали, начали всхлипывать.
— А это, кацо, ни к чему, — успокаивал Бакрадзе, слегка поглаживая руку Ивана Сердюка.
— Да я ничего. Они сами текут, — оправдывался командир первого батальона.
— Мы с Бокаревым еще вернемся! — выкрикнул Гриша Дорофеев.
— Э, брат, не успеете, — ответил я.
Погрузка закончена. Помигав на прощанье бортовыми огнями, самолет взревел, взял разбег и оторвался от аэродрома, большой темной птицей проплыл над лесом и скрылся с глаз. Вскоре и гул моторов растаял в весенней ночи.
Не прошло и пяти минут с момента отлета первого самолета, а на посадку пошел второй…
— Вот это да! — восхищался генерал Корж. — Так воевать можно.
Каждую ночь генерал Строкач присылал нам один-два, а то и три самолета с грузом. За короткое время мы сумели отправить на Большую землю всех тяжелораненых. Доктор Зима развернул кипучую деятельность. Непонятно, когда он ухитрялся спать! Днем готовил раненых к отправке, обрабатывал раны, оформлял документы, заботился, чтобы все были одеты в чистое белье. Он не давал покоя ни командиру полка, ни мне, ни Федчуку, ни командирам подразделений, не говоря уже о медицинских сестрах, которые от усталости валились с ног, А ему все мало. Его даже интересовало — всем ли выданы боевые характеристики и заготовили ли наградные листы на достойных…
— Назначили его ответственным на свою голову, — жаловался помпохоз Федчук. — Он и меня доведет до госпиталя.
Аэродром работал полным ходом.
У дежурных костров всю ночь царило оживление. В ожидании самолетов партизаны вспоминали проведенные бои, прочитанные до войны книги, рассказывали занимательные истории. Особой популярностью пользовался Колесников. На Большой земле он видел много кинокартин и постановок в театрах, о которых мы и представления-то не имели. Рассказывал он весело, со своими комментариями, зачастую увиденное дополнял собственными выдумками.
Здесь же мы узнали о забавном случае, который произошел однажды с Юрой. В апреле, перед выступлением полка из Большого Рожина на аэродром Комарова, из штаба дивизии пришел связной и сообщил, что командира полка вызывают на совещание. Бакрадзе занимался подготовкой полка к выступлению и вместо себя послал моего заместителя по разведке.
В штабе дивизии Колесников тотчас же пронюхал от писарей, что на предстоящем совещании пойдет речь о подготовке к приему с Большой земли грузов, сбрасываемых с самолетов. Это было нашей давнишней мечтой: в последнее время личный состав полка избегал боев ввиду отсутствия боеприпасов. Пополнить запас патронов, мин, снарядов и оружия — было исключительной мечтой всех командиров. А когда наконец-то такая возможность улыбнулась, старший лейтенант заволновался.
На совещание прибыли командиры полков Кульбака и Брайко, командир кавдивизиона Ленкин, командир разведроты Клейн и заместитель командира артбатареи Михайликов. Колесников завел разговор с Петей Брайко издалека, начал жаловаться, что люди после рейда очень устали и нуждаются в отдыхе, ведь скоро вновь придется выступать!
