– Привет, Лиза. Все отлично! Кажется, ЛА – мой город, – я держала в руке бокал красного вина и стояла на пороге кухни, касаясь босыми стопами холодной мраморной плитки, рассматривала насыщенную зелень деревьев и бирюзу бассейна за прозрачной дверью. К слову, я еще ни разу не искупалась.
– Неужели есть мысли остаться там навсегда?
– Есть, – я ответила быстро, даже не успев как следует обдумать свой ответ. Значит, в моем подсознании уже есть эта мысль.
– Эми, пять дней – это еще не показатель того, что это твой город.
– А мне было достаточно первых двух минут, – вспомнила я, как впервые перешагнула порог аэропорта и оказалась под теплым солнцем Лос-Анджелеса.
– Алею звезд видела?
– Нет, – Лиза иногда задавала неуместные вопросы.
– А Голливуд? Голливуд видела?
– Нет, – я сделала глоток прохладного вина и засмеялась.
– Ты чего смеешься, Эми?
– Просто ты задаешь смешные вопросы, Лиза. Я ведь не отдыхать приехала. Забыла? – Я знала, что Лиза никогда не обидится, если я скажу что-то резкое. Я часто была резкой. Раньше. Сейчас стала мягче, гораздо мягче и спокойнее. Наверное, все это приходит со временем. А если не приходит, женщина рискует стать стервой или истеричкой. Мне так кажется.
– А Ричард? – Лиза спросила аккуратно, будто боялась моей реакции на этот вопрос.
– Что Ричард? – Я сделала вид, что не понимаю о ком речь.
– Звонил?
– Нет.
– А перед отъездом виделись?
– Да, – Лиза знала, что сейчас я чувствую себя, как на допросе, но продолжала говорить о человеке, о котором я ни разу не вспомнила за эти пять дней.
– И как? Что? Что он сказал?
– Ничего, Лиза. Мы расстались. Это окончательно.
– О… Я надеялась, что он сделает какой-то мужской поступок. Думала, может, приедет к тебе или скажет, что будет прилетать. Не знаю… Я надеялась. Но ты так спокойно об этом говоришь.
– Да. Потому, что Ричарда больше нет в моей жизни. Давай не будем больше говорить о нем. У меня ведь другая жизнь, верно?
– Верно, – Лиза согласилась со вздохом. Кажется, она действительно расстроилась больше меня.
Эти пять дней я ложилась спать с улыбкой на лице и просыпалась в прекрасном настроении. У меня был подъем. Невероятный эмоциональный подъем и прилив сил. Последний раз я себя так чувствовала, когда влюбилась в одного официанта. Это позорная глава моей жизни, но она была, и вычеркивать ее из памяти – глупо. Я думала, получится интрижка. Яркая, однодневная, о которой я со временем пожалею. Но наши отношения продлились два месяца. Макс – высокий брюнет с идеальным торсом и широкой голливудской улыбкой. Я влюбилась в него с первого коктейля. И первая интимная близость, к слову, случилась в этот же день. Все два месяца я просыпалась с улыбкой и засыпала с улыбкой. Никогда не была у него, но он часто оставался у меня. Как оказалось позже – Макс женат. Это был для меня удар, от которого я смогла оправиться только через полгода. Когда появился в моей жизни Ричард, я сразу настроила себя на худший сценарий и на серьезные отношения не надеялась. Так и случилось. Правда, у Ричарда не было жены, но и о серьезных отношениях он никогда не говорил. Мы были вместе почти два года. За эти два года он ни разу не предложил жить вместе, а это значит, что мы так и будем проводить ночи по очереди друг у друга, приближаясь постепенно к финишу отношений. Наверное, если бы не мой отъезд в Лос-Анджелес, мы бы продолжили эти отношения. Все могло закончиться через три года, пять, десять. Как хорошо, что все решилось сейчас.
– Эми? – Это звонил Джеймс.
– Да, Джеймс, – я слушала его и не останавливалась, делая глубокие приседания. Раннее утро – время для заботы о своем теле.
– Сегодня у Меган День рождения. Она попросила, чтобы я привез вас на праздник.
– У Меган День рождения? – Я переспросила с таким удивлением, будто у Меган не могло быть Дня рождения. Кажется, такие женщины не празднуют собственные Дни рождения. Особенно после сорока. – Ладно, конечно. Я поеду. А во сколько?
– В пять часов я за вами заеду.
Джеймс хотел уже закончить разговор, но я поспешила задать главный вопрос:
– Джеймс! Подожди!
– Да?
– Что подарить Меган? Что она любит? Я ее совсем не знаю, а ты, хотя бы немного, но знаешь.
– Ничего, – Джеймс говорил серьезно.
– Я не могу поехать на День рождения без подарка, Джеймс, – это был тон строгого начальника, который я сама в себе ужасно не любила.
– Это просьба Меган. Никаких подарков.
Сегодня мой шестой день в городе ангелов. Утро было свободным, а значит, его я подарю холодному Тихому океану. Хочу на пробежку. Да! В Нью-Йорке у меня не было возможности бегать, а сейчас мне хочется бежать вдоль океана и знать, что он будет сопровождать меня бесконечно.
Берег пустой. Океан – тихий. Вверху стояли дома, которые казались пустыми. Мое утро в этом районе – самое ранее. Во время пробежки не думала. Абсолютно. Мысли остались где-то далеко. Я сосредоточила свое внимание на мягком шуме океана. Не думала, что захочу бегать. На самом деле я никогда не любила бег. А сейчас он дарил мне легкость и свободу от мыслей. Блаженство.
