Прошли в лоджию, уселись. Всё, как в прошлый раз, только старик одет по-другому. То есть нормально одет, не в наряде Сальери. И это странно, потому что за последние два дня, когда Петр вспоминал о неожиданной встрече с ним, о его музее, об их разговорах, старик так и стоял перед глазами в своем театральном наряде, в парике с косичкой и синим бантом, в сюртуке со старинными пуговицами, с кружевными обшлагами. В общем, в наряде Сальери. А если учесть, что даже есть определенное сходство с прототипом на портрете, висевшем на лестнице, да и имя то же – Антонио, то, выходит, это почти двойник Сальери. Так он и отпечатался в сознании Петра. И вдруг – обычный старик, в вельветовом пиджаке, в свободной, явно современной рубахе, уже не театральный, а какой-то уютный, домашний, простой. Разрушение одного образа и создание другого. Но хорошего образа. Таких в жизни не было.
Пока старик возился в кухоньке, Петр глядел на реку внизу, всю в бурунчиках, сверкающих под солнцем. Где-то сбоку пели невидимые птицы. Ни звуков машин, ни людских голосов. После шумной Вероны это место казалось каким-то почти нереальным. А еще клавесин, на котором мальчик с кудряшками играет Моцарта, портреты великих композиторов… М-да, если и реальность, то странная, будто не всамделишная.
Но вот и хозяин с подносом. На нем – бутылка, чашечки с кофе, сахарница, блюдо с нарезанным ломтиками сыром. Бутылка была оригинальной формы – пузатая и с низким зауженным горлышком.
– Да-да, – пояснил синьор Антонио, – бутылка с низкой талией, именно так. Такие – специально для граппы. Это бренди «Лимен», то есть лимонный, сорок два градуса. Выдержите? Ну и отлично. А вот сыр… Сорт – «грана падбно», от слова grana, что значит «зерно», и от Padano – от реки По. Твердый сорт, отличный, попробуйте. У него солоноватый, пикантный вкус с легким ореховым оттенком. Немного напоминает пармезан, но только немного. Вы разбираетесь в сырах? А в бренди? Опять нет? Синьор, как же вы живете?
– Как и многие в России – неинтересно, потому что предсказуемо, и так уже тысячу лет. Мы живем по часам, у которых нет стрелок.
– Как у Бергмана в «Земляничной поляне»?
– Если бы! Увы. Э, это скучная тема, если об истории России!
Старик сразу закивал:
– О, да, понимаю, извините… Тогда пейте «Лимен», кофе, пробуйте сыр. Ваше здоровье!..
Вскоре Петр сказал:
– Сказочно вкусно всё!
– А сыр?
– И сыр. А кофе! А «Лимен»! Можно еще?
– Сделайте одолжение!
Петр пригубил бренди и принялся за кофе и сыр. Синьор Антонио делал то же, причем, было заметно, с удовольствием. Судя по всему, он не только упертый сальерифил, учитель малоимущих талантливых подростков, богатенький благотворитель, но еще и эпикуреец.
– Так чем я обязан вашим повторным визитом ко мне? – вопросил он, проглотив ломтик сыра и сделав глоток кофе. – Я, правда, рад. Вам просто интересно или?..
– И интересно, и или, – рассмеялся Петр. – Видите ли, мне не давало покоя… ну, пока я шлялся по Вероне… э, то есть ходил, гулял, размышлял о том, дотронуться ли до бронзовой груди Джульетты… В общем, никак не мог вспомнить, что вы говорили о Милане, что-то помимо Дворца правосудия. Что-то про Ла Скала, кажется. А что?
Синьор Антонио наморщил лоб:
– Про миланский процесс, на котором вынесли оправдательный вердикт по делу Сальери?
– Нет, это вы рассказали. Что-то про театр, про Ла Скала.
– А… Ну… Ну хорошо, давайте я буду рассказывать, а вы, если повторюсь, перебьете. Вы пейте и ешьте, а я буду говорить. Значит, так, Ла Скала… Здание театра построено по проекту архитектора Джузеппе Пьермарини в 1776–1778 годах на месте церкви Санта-Мария делла Скала, откуда и произошло название театра. А Беатриче Скала…
– Это я вчера узнал в Вероне! – вставил Петр.
– Грациа, дальше. А перед тем как театр открыли, то ли в конце 1777 года, то ли в начале 78-го, сам великий Глюк, который видел в молодом Сальери своего преемника, рекомендовал из Вены, чтобы тот получил заказ на оперу для открытия театра. Оперу для открытия Ла Скала, представляете! И Сальери получил этот заказ, и написал оперу, и Ла Скала был открыт 3-го августа 1778 года именно оперой Сальери «Признанная Европа». Это невероятная честь, это память навсегда, это уже история! Именно с Сальери начался Ла Скала, именно так!
– А что это – «Признанная Европа»? Простите мое невежество.
Старик прямо возрадовался: его просят рассказать, просветить! Просветить какого-то русского чужестранца!
– Чудесно, объясняю. Европа – это женщина, в древнегреческой мифологии – дочь финикийского царя. По легенде, Зевс явился Европе, игравшей с подругами на берегу моря, в виде белого быка и похитил ее, увез на своей спине на остров Крит. Там он принял вид прекрасного юноши и, как говорили прежде, овладел ею. У них были дети, в том числе Минос. Ну да ладно. Действие оперы происходит в финикийском городе Тир. Это, кстати, современный Ливан. А что до оперы…
Он отхлебнул кофе и опять принялся за свой рассказ:
