Необычная история двух солдат. И это не придуманная история. Это быль.
Александр Гарцев
Иван ходил расстроенный по вечернему городу. С вокзала на остановку, с остановки – домой, с вокзала на остановку, с остановки – домой.
Подолгу смотрел на уходящие на запад поезда с солдатами, шедшими с Урала, с Сибири на Запад, на войну, на фронт.
Его отец Степан, уже давно был там, воевал связистом. А Ивану военком, уже запомнивший его, все твердил усталым голосом: «Вяткин, тебе 17 лет еще. Подожди полгодика. Отправлю я тебя. Успеешь за Родину повоевать»!
Вокзал – дом, вокзал -дом.
«Ох, Ванька, – вздыхала мать, – не кончатся добром твои походы на вокзал».
И как в воду смотрела.
Сбегал как- то с обгорелым чайником Ванька за водой очередному вагону, еле успел набрать. Чайник отдал, и глядя в след уходящему поезду, вдруг подумал, а почему бы ему, не прицепившись в последний вагон, и не уехать с ними на фронт, фашистов, бить?
Сказано, сделано. Ванька, он как отец, мужик – основательный. Сказал – сделал.
Вечером мамке сказал, что военкомат его забирает завтра на войну.
Поверила, не поверила мать, не знаю, но спорить не стала. Большой уже сын. Весь в отца. Упрямый. Сказал – сделал.
Собрала ему в дорогу еды, посидела, поплакала. Да куда деваться? Война. Так и отпустила сына, как и мужа.
На войну. Родину защищать.
А Иван, со своей котомочкой, поздно вечерком, залез в последний вагон, где никто его и не заметил, посидел часик-другой на последней площадке. Хорошенько замерз, да и на какой-то остановке в поле, пошел и попросился в теплушку к солдатам.
Лейтенант его имя, фамилию записал и пообещал на ближайшей станции снять и отдать в милицию.
Но то ли забегался по своим командирским делам, то ли некогда было, но уже потом после Москвы зашел в теплушку, Ивана не увидел, да и забыл про него.
дорогу.
А Ивана солдаты спрятали. Да и не показывали начальству всю
Так до станции назначения и доехали, гле полк формировался перед тем, как в бой вступить.
Куда девать Ивана? Поезда уже обратно идут пустые. С кем отправлять парня? А одного в холодной теплушке, да без присмотра? Кто на это решится? Пропадет парень в дороге. Война.
Да и привыкли уж все к нему.
Так и в батальоне и оставили.
Много таких историй было. Много сынов полка пригрели, спасли, добрые солдатские сердца.
Но на этом история Ивана не закончилась.
Прошло как-то незаметно в военных буднях два года, как Иван сбежал из дома.
17 июля 1944 года в ходе Львовско-Сандомирской наступательной операции (13 июля – 29 августа 1944 года) войска 1-го Украинского фронта под командованием маршала СССР Ивана Конева вступили на территорию Польши.
После освобождения западных областей Украины перед ними стояла цель закрепиться на территории Восточной Польши, откуда открывались пути дальнейшего наступления на силезском направлении.
В очередном разведрейде вот там под маленьким поселочком и попала их группа под обстрел.
Командира сразу скосило. Задело и Ивана.
Отправили в госпиталь.
И вот как-то вызывает его главврач и говорит: «Слушай, Вяткин, – тут вчера попал к нам ефрейтор из батальона связи. И фамилия у него тоже, Вяткин. Не родственник ли твой? Сходи посмотри. В шестой палате он, в тяжелых».
По переписке с матерью Иван знал, что отец продолжает служить, воевать, что передает ему приветы.
А однофамильцев он и раньше встречал.
Велика Россия. И прямо-таки с замиранием сердца спрашивал про очередного Вяткина, кто он, да откуда.
Один раз даже отпросился в соседнюю часть добежать.
Но все однофамильцы попадались, даже не из родного края.
Вот и здесь со спокойным сердцем заходил в палату, с очередным «землячком» парочкой слов переброситься, о жизни поговорить, покурить, довоенное времечко, жизнь гражданскую вспомнить.
Новости победные по радио вместе послушать.
"18 июля 1944 году советские войска прорвали оборону противника на львовском направлении, к 22 июля уничтожили в районе Броды крупную немецкую группировку и 27 июля освободили Львов, Станислав и Перемышль."
Заходит в палату. И каково же было его удивление, какая же была радость, когда он сквозь пропитанные кровью бинты в узкой щели бинтов, увидал он родные глаза.
Он даже не сомневался ни минуты.
Это был он. Его отец. Степан Вяткин.
Резведбатальон Ивана располагался рядом с госпиталем, и разрешали ему командиры иногда отца навестить.
Виделись часто. Новости по радио слушали.
Как раз о боях, где оба они еще на зная, что рядом воюют, участие принимали.
