Вскоре проход, резко ушел на подъём, пришлось еще сбавить темп. И еще один резкий перепад высот, ненадолго, проход стал горизонтальным. И вдруг, о счастье, вверху вдалеке сверкнул свет, и резко пахнуло свежим воздухом. Чуть ли не галопом, я бросился навстречу свету, да, что там свету, жизни! Приблизительно, ярдов через сто проход закончился, небольшим квадратным помещением. В потолке зияла небольших размеров, дыра из нее доносился (до боли знакомый) лай собаки и струился дневной свет. Собаку я узнал, это была наша «Дотти» самая лучшая в мире собака!
Она бесновалась, где то там, в далеком наверху, тут меня сковала мысль, о том, что я никогда не пролезу в, эту дыру, слишком маленькая. Придвинувшись к отверстию, как можно ближе я закричал, то, что обычно кричат в таких случаях, А-УУ, несколько раз. То ли голос ослаб, то ли проход такой странной формы, никакого эха, только гул, как в трубе! Собачий лай в ответ, показался просто истерическим, но вот наверху кто, то оттащил, собаку и я за последние сутки услышал другой человеческий голос, кроме Мака конечно. Был он далеким, но очень близким и родным! Отец, кричал что то, очень невнятно, я закричал в ответ, на мой голос еще раз откликнулся отец, потом все стихло.
Из дыры посыпался песок и камешки, так продолжалось по времени прилично. Как вдруг в отверстии показался приличных размеров сверток, и опустился на пол, веревка ослабла и замерла. Я аккуратно, распаковал сверток, в нем обнаружил огромный ломоть хлеба, большую бутыль теплого молока, приличный вареный кусок мяса, полная керосиновая лампа и электрический фонарь. Огромное богатство! Подумал я. Еще, был завернутый в брезент пакет, развернул, там оказалось письмо, сложенное вчетверо, дрожащими пальцами, не да Бог порвать, развернул его, и начал читать.
Ты наше, несчастье, наконец, мы тебя обнаружили, каково черта, тебя занесло туда? Мы проклинаем тот день, когда появился, этот фрукт, мы еще с ним разберемся, я надеюсь, он с тобой? Ему придется иметь дело с нашим шерифом, а ты его знаешь, так, что ему, наверное, будет лучше, если он навеки останется там! Гари! Есть бумага и карандаш, напишешь письмо, положи в сумку, дерни за веревку три раза! Во время написания ответа, под акомпанимент собачьего лая сверху, я думал, как все-таки хорошо иметь родителей, а еще преданную собаку!
Вкратце описав ситуацию, в которой мы оказались, Я спрашивал, как нам быть дальше, ясно, что выбраться сию минуту не получится, надо искать другой выход в прямом и переносном смысле. Спросил, где мы находимся, просил передать Дотти привет, и огромное человеческое спасибо! Так же сообщил, что иду сейчас же к Маку, так как он голодный, а когда вернусь дерну за веревку так же три раза. По возможности пришлите теплые вещи, пару свитеров и тому подобное. Про золото и камни у меня хватило ума разума, не упоминать и как показали дальнейшие события, был абсолютно прав, спасибо всевышнему, что остерег меня от лишней болтливости! (на радостях!)
Пока писал, и попутно с жадностью поглощал, половину продуктов, предварительно разделенных мною, на равные доли (маку немного больше, он же старше!) и поглощал провизию, со страшной быстротой, говорить, то не приходилось, Я оценил в этот момент, преимущество письма перед речью! Завершив написания письма, уложил его в сумку и как условились, подал сигнал. Буквально через несколько минут, мне стало хорошо и тепло, оказалось, что такая мелочь, как стакан молока и ломоть хлеба, могут согреть и спасти человека! Еда! А главное теплое молоко. Передохнув немного, я тронулся в путь к Маку.
Продвигался я, на удивление быстро, преодолев, для меня приличное расстояние, я достиг того места, откуда как показалось, ушел, вечность назад. Мак сидел, облокотившись спиной о стену, видимо дремал. Растолкав его за плечо, он не сразу понял, что произошло, а когда понял, сильно обрадовался.
— Малыш! Ты чудо, ты просто родился с золотым долларом в зубах!
— Традиционно и торжественно воскликнул, Мак.
— Я уже и не надеялся, дождаться тебя, думал, помру от холода! А что это у тебя за сверток, откуда так вкусно пахнет, неужели нашел выход?
Я ему все подробно рассказал, и про написанное письмо тоже, а когда, я сообщил о том, что ни словом не выдал наши находки, на что он, заметил.
— Я же говорю, у тебя слишком много ума, пора и поделиться! Ты просто молодец. Ты ценнее, чем та рыжая железка, что мы нашли!
— И засмеялся, первый раз за последние сутки. Ну и я, конечно тоже примкнул, так приятно, вместе посмеяться. (На сытый желудок!).
Особо долго не разговаривая, Я протянул ему сверток, который он не стал долго рассматривать и принялся жадно поглощать, кусок за куском, аппетитно причмокивая. Я молчал, было понятно, что в этот момент, вступает в силу, пословица, — Молчание — золото. Насытившись, он блаженно улыбался и молчал, а когда видимо, стало легче, произнес.
